Книга Клинки города ярости, страница 150 – Юлия Арвер

Амаль увлекла меня на второй этаж. Кое-как мы вскарабкались наверх, отчего сердце зашлось в бешеном биении, будто я никогда прежде не напрягал свое тело чем-то тяжелее ложки. Я смутно помнил дом Тира в Белоярове, но в памяти сохранился уют, который наполнял каждый уголок. Все здесь казалось каким-то… домашним, в отличие от величественной помпезности имения в Адраме. Амаль проводила меня в небольшую гостиную, где приветливо горел камин. За окнами еще теплился убывающий солнечный свет, мороз выводил на стеклах узоры, но в комнате разливалось тепло от огня. Белый диван с вышивкой на обивке так и манил рухнуть на него трупом и никогда больше не подниматься.

Проследив за моим взглядом, Амаль аккуратно усадила меня на злополучный диван, покорно стащила с ослабевших ног сапоги и подоткнула под головой подушку. Вина обрушилась на плечи новым грузом. Я охотился на нее, но сейчас она возилась со мной, как с немощным.

— Прости, все комнаты заняты – в доме разместилось слишком много людей. Единственное свободное место здесь, – пробормотала Амаль, суетливо поправляя мою скромную одежку. Нежные пальцы легли на распахнутый ворот, но вдруг отдернулись, как от огня.

Я недоуменно поднял брови в безмолвном вопросе, и Амаль поспешила ответить, хоть и выглядела донельзя смущенной:

— Когда ты страдал без дурмана, то снял с себя рубаху. Я до сих пор не могу выбросить из головы твои шрамы. Первая стража… эти ибнары… они не оставили на тебе живого места!

— Все раны зажили, Гилие. Не беспокойся, мне не больно, – поспешно заверил ее я и даже расслабленно погладил по волосам. Амаль вновь котенком потерлась о мою руку, но серьезность не растеряла.

— Тебе было больно. Я не прощу тех страданий, которые ты перенес. Кровь за кровь, смерть за смерть – древняя традиция Нарама. Бесов господин Арив вскоре сгорит в преисподней, я об этом позабочусь.

— Я… я того не стою, Амаль. Не трать силы, не рискуй почем зря. Только не ради меня. Я не заслуживаю такой твоей любви, – взмолился я, бездумно схватив ее за руку. – Первая стража очень опасна. Ты и без того накликала на себя гнев цесаревича, раз он стремится так изощренно тебя убить. Теперь еще и покрываешь беглого преступника. Как к этому отнесется твой жених? Тир не станет рисковать ради меня.

— Тут уж я сама решу, кто заслуживает моей любви, а кто – нет, – огрызнулась Амаль, но скорее для виду, чем для страху. – Тир, хоть и зол на тебя за Лиру, полностью на моей стороне. Он стремился помочь тебе, и не выгонит, испугавшись цесаревича. Да и мне не придется самой жечь имение вашего мучителя. Есть у нас на примете одна красавица, которая с удовольствием сделает это за меня, еще и с аппетитом откусит голову мучителю Ариву.

Я оторопел, и, кажется, Амаль все поняла по моему вытянувшемуся лицу.

— Слыхал когда-нибудь про Аждарху?

— Царя змей? – выдохнул я, припомнив детские сказки.

— Скорее, царицу, – ухмыльнулась Амаль. – Аждарху заточили в озере, посреди того самого леса, где мы с тобой встретились.

— Нава… – На ум тут же пришла последняя встреча с ведьмой из сгоревшей деревеньки. – Она кричала о чудовище, которое обитает в лесу. Это… Аждарха?

— Нава сбежала из общины, которая два столетия поклонялась Аждархе. Они приютили ее, когда та сожгла свою деревню, но она испугалась чудовища и сбежала. Девка умудрилась далеко уйти и даже выдать нашу тайну. Спасибо Творцу, что наткнулась на тебя.