Книга Всадник дракона, страница 166 – Таран Матару

Джай направил палец, изо всех сил пытаясь сдвинуть с места огненный шарик. Пламя упорно оставалось на месте. Через несколько мгновений огонь исчез, а вместе с ним и почти вся мана Джая. А ведь именно от нее зависело, сможет ли он защитить себя!

— Я потратил столько маны ради нескольких мгновений пламени… – не удержался юноша.

Руфус усмехнулся.

— Я же говорил, что внутренняя магия более эффективна. Лучше разрубить человека пополам, потратив несколько капель маны, чем за эти же капли слегка поджарить его бороду.

Джай был разочарован. Он надеялся, что его пламя продержится гораздо дольше. Руфус, должно быть, заметил выражение его лица.

— Не смотри так мрачно. Такие заклинания важны, особенно четыре ключевых: молния, пламя, лед, воздух. Они потребляют меньше маны, чем большинство других, и действуют в разных формах: стрелы, взрывы… даже волны, если у тебя есть определенный навык. Я знал девушку, которая рисовала портреты из пламени в воздухе. Большинство связанных душой, с которыми ты будешь сражаться, станут использовать комбинацию из этих четырех заклинаний, если у них хватит маны и подготовки.

Джай вздохнул. Все было так близко! И все же той маны, которую он потратил на пламя, могло хватить на быстрый бег в течение часа. О тренировках не могло быть и речи…

— Просто подожди, пока не научишься создавать защитные заклинания, – сказала Фрида, подняв палец, и огонь в очаге вспыхнул с новой силой.

— В покоях Леонида было столько защитных заклинаний, что можно было почти услышать их жужжание, когда стихал ветер, – сказал Джай. – Наверное, это было самое защищенное место во всей империи.

Руфус усмехнулся.

— А как же Орлиное гнездо? – возразил рыжебородый. – Эта штука была построена не из цемента. На земле нет материала, который мог бы выдержать столько воды и мрамора, сколько бы ни рвали на себе волосы инженеры Леонида.

Джай всегда задавался этим вопросом, поскольку башня Гвардии грифонов была выше, чем шпиль великого собора Константина.

— Знаешь, ничто не мешает тебе научить нас этим так называемым редким заклинаниям прямо сейчас, – сказал Джай. – Не нужно тянуть до последнего дня.

Руфус что-то проворчал себе под нос. Джай был уверен, что урок состоится. Просто здоровяк все еще на него настраивался.

— Знаешь что? – вздохнул тот. – Сейчас я тебя кое-чему научу. – Он протянул руку и переплел пальцы.

На этот раз Фрида наклонилась к нему и даже провела рукой по его переплетенным пальцам.

Затем Руфус отдернул руку и указал на ботинки Джая. Произошло что-то… что-то вроде дрожи в воздухе. Мерцания.

И шнурки Джая затянулись. Завязались узлом.

— Заклинание прочности, – пояснил Руфус. – Очень полезно для седла, когда едешь верхом, для ремней доспехов и – да, для шнурков. Если кто-то возьмет нож или перережет веревку или ремень, он отсоединится, как и любой другой. Но этот узел будет туже, чем кошелек сабинского священника.

Джай нахмурился. Не совсем то эпическое боевое заклинание, которого он ждал.

— И на этой ноте, – сказал юноша, – пойду-ка я накапливать ману…

Сегодня Джай решил дышать душой не внутри повозки, как обычно, а под открытым небом: перед закатом оно было ясным, а обсаженная деревьями долина, в которой они остановились на ночь, казалась защищенной от пронизывающего зимнего холода.