Книга Всадник дракона, страница 201 – Таран Матару

И изнутри донеслось рычание.

Фриды там не было. Был лишь лютоволк, с пасти которого капала слюна. Джай отпрянул от двери, но ухватился рукой за косяк, удерживая ее открытой.

И задохнулся от ужаса, когда из темноты появилась фигура Аврелия.

— Ну привет, дикарь.

Джай лежал на холодных плитах камеры Фриды, связанный, как поросенок для жарки. От ударов Аврелия лицо так распухло, что юноша почти ничего не видел.

Отчаяние сковало его сердце. Джай никогда не испытывал таких страданий и не чувствовал такой безнадежности. Он искал связь с Уинтер. Ухватился за нее, как за спасательный круг… Кровь из ран на спине собиралась под ним теплой лужицей.

Мужчина присел на корточки и потрогал прядь волос Джая.

— Говорят, степняки никогда не стригут свои патлы. Ты не дикарь, хотя и одурачил нас. Ты цивилизованный человек. Кто ты, парень?

Юноша не ответил. Ему было трудно дышать через разбитый нос. Время, казалось, то замирало, то возобновляло ход снова. Единственным спасением теперь была смерть. Он лишь жалел, что не было маны, чтобы забрать кого-нибудь из них с собой.

— Я собирался выпороть Милкара за то, что он потратил мое время впустую, – усмехнулся Аврелий. – Но этот ублюдок никогда меня не подводит! Я уже обработал девушку, так что оставалось только перевести ее в соседнюю камеру и оставить Ульфа ждать тебя здесь. Как жаль. Парень с твоими талантами… из тебя получилась бы отличная рабочая лошадка.

Джай почувствовал, как по лицу потекли слезы, прожигая каналы в запекшейся крови. Конечно же, лютоволк не бродил снаружи – он защищал Аврелия на случай, если проснется Фрида.

Раздался новый голос.

— Какая красивая картина, – восхитилась Беверли. – Тут и желтые, и фиолетовые, и красные цвета. Интересно, какого оттенка зеленого ты станешь через несколько дней, проведенных на столбах.

Джай не слышал, как она подошла. Но слышал, как в углу тяжело дышал лютоволк. Чья-то рука ударила юношу по лицу, сминая губы. Он застонал, выдыхая воздух с хрипом, и Беверли захихикала.

— Как же мы не догадались, что он связан душой? – с затаенной яростью спросил Аврелий. – Этот член Гильдии как следует нас поимел.

Старуха фыркнула.

— Я должна была догадаться, когда Ульф что-то заподозрил – вероятно, учуял вонь, исходившую от тотема дикаря. Скорее всего, он связан с обычным хиро. Разве член Гильдии не говорил, что у них был тотем, когда их схватили?

— Повезло, что дикарь не убил тебя спящую, – заметил Аврелий. – Жаль, что Милкар прошептал это в глазок всего час назад…

Джай с трудом верил ушам. Милкар? Как же прав был Ганнибал! У юноши не осталось сил на гнев. Лишь горькие слезы…

Аврелий что-то проворчал, и Джай различил его фигуру, склонившуюся над ним.

— Теперь слушай, парень. У тебя есть шанс выжить. О, мы изобьем тебя до полусмерти, но ты выживешь. Ты поможешь нам с девушкой. Кто она для тебя?

Джай застонал, сплевывая кровь на каменные плиты. От чудовищной боли он едва мог соображать.

Удар почти оторвал его от пола.

— Никчемный дикарь! – прорычала Беверли. – Ты вошел в мою спальню. Посмел ко мне прикоснуться!

Еще один удар отбросил его к стене, и Джай почувствовал, как хрустнули ребра. Его затошнило, и старуха снова захихикала.

— Скорее всего, он ее слуга, – предположил Аврелий. – Один из сирот, оставшихся после войны с Великой степью, которого связали душой с вьючным животным, чтобы мог лучше служить девчонке. Во всяком случае, он знает, кто она такая. Возможно, знает, на каком уровне она связана душой.