Книга Всадник дракона, страница 34 – Таран Матару

Джай решил, что ему нужно что-то принести, и молча последовал за мужчиной, успев лишь мельком увидеть, как Эрика развернулась и встала. Он успел сделать всего несколько шагов, как его резко втащили в дверной проем; юноша ощутил жар печей.

Джая подняли за шиворот и прижали к каменной стене, словно щенка.

— Посмел сидеть на месте принца? – прорычал Магнус, загородив Джаю весь обзор своим лицом. – Думал опозорить его перед невестой?

— Я… – успел произнести Джай, прежде чем на его шее сомкнулись крепкие тиски.

— Давненько я не убивал степняков, – прошипел Магнус, приблизившись к нему, словно любовник. Джай даже почувствовал запах его духов. – Твоей смертью я буду наслаждаться.

От удара мясистой ладони Магнуса у Джая зазвенело в ушах и едва не лопнула барабанная перепонка. Боль сопровождалась потемнением в глазах, разум Джая пытался отключиться от внезапности происходившего. Юношу оторвали от стены и схватили за шиворот.

Его, как в тумане, протащили по жаркой кухне, а затем вытянули на уличный холод, и, пока волокли через двор, он цеплялся ногами за булыжники в поисках опоры.

Воротник, скрученный в огромном кулаке Магнуса, душил его, и Джай схватился за горло, задыхаясь уже в полубессознательном состоянии.

— Пожалуйста, – прохрипел он. – Я не могу…

— Оставь мольбы, мальчик, – рассмеялся Магнус, встряхивая его, как цыпленка. – Они тебе еще пригодятся.

Погода портилась, над головой сгущались черные грозовые тучи. Это редкое для Джая зрелище каким-то образом прорвалось сквозь туман боли и смятения, застилавшего зрение.

Затем юноша увидел огромный шпиль Орлиного гнезда, напоминавший песочные часы. Эта колонна возвышалась над всеми остальными зданиями города, даже над величественными стенами императорского дворца. Грандиозное сооружение стояло на пике утеса, на котором расположился Лациум. Его вершину можно было увидеть только в самые ясные дни, потому что она часто была скрыта облаками.

Даже сейчас, когда Джая подтаскивали все ближе, он не мог ее разглядеть. Видел лишь огромную впадину, прорезавшую сердцевину гнезда, с единственной платформой, подвешенной на цепях.

Джай мечтал побывать на священных тренировочных площадках на вершине башни. Мечтал оказать Константину какую-нибудь великую услугу и получить право попытаться связаться душой с птенцом грифона.

Но сейчас он смотрел на башню с ужасом, ибо помнил казни так называемых рыцарей-предателей, хотя тогда был еще совсем ребенком. Десять безымянных наездников обвинялись в заговоре с целью захвата власти – во всяком случае, так гласила история. Суд был быстрым и проходил за закрытыми дверями. Затем в тот же день рыцарей сбросили с вершины башни.

Конечно, никто, кроме Гвардии грифонов, не знал, кто они такие, и не видел, как их привязывали к убитым животным. Лишь их товарищи лицезрели момент, когда их столкнули с края. Но Джай слышал их крики, когда они падали вниз, и видел красные брызги, когда тела ударились о землю. После падения первого рыцаря Джай сразу же отвернулся.

Подобные зрелища нелепо контрастировали с красотой дворца – с его садами, фонтанами и важно вышагивавшими павлинами. Но император недолго будет императором, если его подданным время от времени не напоминать об их месте и смертельных последствиях отступления от него.