Книга Всадник дракона, страница 73 – Таран Матару

Возможно, только сейчас Джай в полной мере осознал, до какого дна опустился Тит. Юноша понял, что языки жаворонков предназначались не Ивару. Того отравили, чтобы убедиться в эффективности яда и ослабить связанного с тотемом короля для его последующего убийства. А еще – чтобы иметь повод удвоить стражу и ввести во дворец учеников Гвардии грифонов.

И все же Джай не мог поверить, что принц убил собственного отца. Гостей из соперничающих королевств – да. В этом был какой-то нездоровый гений: подставить одних врагов для убийства других, а затем убить первых. Но лишить жизни собственного отца? Это было безумием. Джай бы решил, что это несчастный случай, если бы несколькими часами ранее не подслушал разговор Тита с Магнусом в этой самой комнате.

— Дедушка! – настойчиво шептал Тит. – Давай закончим то, что ты начал! Давай завоюем этот континент от Серебряных морей до океанов Восходящего солнца на побережье Империи Феникса. Наши люди завладеют богатствами, которые задолжали нам ослабевшие Корвины и Блэктри, и используют пополненную казну для организации кампании, подобной которой не было со времен вашего правления!

Леонид поднял голову и посмотрел внуку в глаза. В этом взгляде было столько всего… Джай видел: старик знает, что произошло, просто не говорит об этом вслух.

Прошла почти целая минута, прежде чем Леонид прервал молчание.

— Собери генералов, мальчик, – велел он. – Если это война, то мы должны победить.

Джай увидел облегчение на лице Тита, когда тот кивнул в знак согласия. Облегчение… и стыд.

— Я уже… собрал, – сказал Тит, поворачиваясь, чтобы уйти. – Я также призвал глав всех знатных семей поддержать нас в трудную минуту. И разумеется, они прибудут сюда, чтобы присутствовать на моей коронации.

Тит был уже почти у двери, когда Леонид окликнул его:

— Коронации не будет. Во всяком случае, твоей.

Тит остановился, но не обернулся. Произнес лишь одно слово:

— Почему?

Джай не видел выражения лица Тита – лишь его покрасневшую шею.

— Я отдал свой трон твоему отцу, – объяснил Леонид. – Потому что обладал таким правом. Теперь, когда он мертв, трон снова возвращается ко мне. И я решил оставить его себе.

Тит молчал.

— Ты никогда не сражался, мальчик, не говоря уже о войне. – В голосе Леонида слышалась печаль. – Я проведу нас через эту бурю, пока ты не будешь готов. Возможно, это произойдет еще до того, как все закончится. Но сейчас… я этого не допущу.

Тит выпрямил спину. Его рука замерла на дверной ручке. Затем опустилась к ключу в замке.

Принц повернул его, пока не раздался громкий щелчок. Плечи Тита вздрогнули, и его рука снова двинулась – к мечу на бедре.

— Значит, так тому и быть, – произнес он.

Леонид поднял руку, когда Тит подошел ближе. К удивлению Джая, принц остановился. Старик с трудом поднялся с коляски, его костяшки побелели от напряжения.

Он стоял на дрожащих ногах, вздернув подбородок и скривив губы.

— Лев сабинян не умрет на коленях! – прорычал он. – Я проклял тот день, когда ты родился и отнял у нас свою мать! Теперь проклинаю день, когда ты отнял у нас своего отца. Жаль, что твоя мама не видит того, что вижу я. Жаль, что этого не видит весь мир! Слюнявый щенок! Предатель!

Лицо Тита потемнело от ярости, и принц сделал три коротких шага. Меч сверкнул, пронзив насквозь тело старика. Сила удара отбросила Леонида назад в коляску, и стон боли заглушил вздох Джая.