Книга Алый трон, страница 81 – Эми Лиоу

— Чудо, как есть чудо. – Тени и дождь скрывают лицо Керана, но я различаю его ехидный взгляд. – Кстати, ты и вправду вызвала ливень?

Я опускаюсь на корточки, пытаясь отдышаться. Я замерзла, промокла и очень несчастна. Пожалуй, подобное я испытывала только во время моего голодного детства в Дхаруне. Мы петляем по тесным проулкам, карабкаемся на крыши. За последние десять минут я видела больше крыс, чем людей. Несмотря на проливной дождь, орел – птица, которая всегда сопровождает Керана, – то появляется, то пропадает из виду. Он кружит над нами с тех пор, как мы покинули Гханатукх.

Я уверена, между ним и деннарцем есть какая-то связь, но, даже приглядевшись, не замечаю и намека на магию. От рук Нали, когда она использовала хадон, исходил синий свет; логично, что и Керан должен как-то себя проявить.

Но нет, ничего подобного.

Может быть, все это происходит только в моей голове? И я ошибочно заподозрила, что Керан тоже владеет хадоном?

Нет, вряд ли. Слишком много необъяснимых тайн он знает.

Тайн, что хранят во всех аритсийских дворах, – тайн, которые не под силу раскрыть одному человеку, будь он даже величайший на свете шпион.

— Так устала, что не можешь отвечать? – спрашивает он, протягивая мне руку.

Я не принимаю его руку и встаю сама, стараясь не поскользнуться на мокрой плитке.

— Ты поверишь, если я скажу, что ко мне перешла часть силы Рашматун?

— Я слышал об этом от Икты. Если так, почему бы ей не помочь тебе управлять своим гневом?

У меня внутри все переворачивается. Что там Икта успел ему рассказать? Я хмурюсь, чтобы скрыть беспокойство.

— А может, просто пойдем пешком? Как нормальные люди. Вместо того чтобы лазить по крышам и привлекать внимание к нашему незаконному занятию.

— Это кратчайший путь, но с твоей скоростью мы и к рассвету не доберемся до места.

Прежде чем я успеваю возразить, он протягивает руку и пригибает мою голову. Его рука зажимает мне рот, и я вскрикиваю. Я сопротивляюсь, но он кладет меня плашмя на живот. Что-то теплое скользит по моей руке. Мои глаза расширяются от ужаса, когда я понимаю, что это крыса.

Керан указывает на переулок, из которого мы только что вышли. О, как мне хочется позвать Илама, чтобы тот разорвал его на части, потому что внизу абсолютная тишина. Я пинаюсь, но он прижимает мои икры коленом. Керан на удивление легок, но мне, тощей и костлявой, его не сбросить.

Неподалеку раздаются шаги, слегка приглушенные дождем.

Кто-то – и это точно не Керан – ахает.

В переулок заходят двое стражников. За ними снуют несколько крыс, но стражники не оборачиваются – вероятно, привыкли, что по ночному городу крысы бродят стадами, а может, вообще ничего не замечают из-за дождя.

Не повезло патрулировать в такую ночь, размышляют они.

Деннарец не отпускает меня, хотя я показываю знаками, что буду вести себя тихо. Только спустя несколько минут после того, как стражники окончательно скрываются из виду, он разжимает руки. Я резко втягиваю воздух.

— Побереги дыхание, – говорит он. – Я знаю этот город лучше тебя.

Я сжимаю губы, пытаясь успокоиться. Это непросто, учитывая, что Илам раздражается все сильнее.

Керан шагает по крыше, будто скользит по воде. Я чувствую себя неуклюжим крокодилом, плетущимся у него в хвосте.

— Вот что делают годы неустанных попыток оставаться незамеченным, – объясняет он, хотя я его об этом не просила. – Начинаешь понимать, от кого следует увернуться и какую дорогу выбрать, чтобы не угодить в беду.