Книга Лотерея соблазна, страница 49 – Синтия Обин

— Поверь, это все неправда. Я понятия не имел, что Санни будет на той вечеринке, до полудня я вообще не знал, что будет какой-то прием. Я был ошеломлен, увидев ее.

Алиша приняла позу оскорбленной королевской особы.

— Настолько ошеломлен, что сразу решил поцеловать?

Престона раздражала необходимость что-то объяснять.

— Я вообще не представлял, что отец готов назвать дату выхода на пенсию, не представлял, что устраивает прием, тем более намерен пригласить мою бывшую невесту. — Перечисляя факты, он загибал пальцы, словно для убедительности.

— И как же вы в итоге поцеловались?

— Я предложил пройтись, чтобы поговорить. Санни призналась, что ее пригласил отец. Потом я сказал, что у меня другая женщина, между нами ничего не может быть, пожелал ей счастья, она ушла, поцеловав меня на прощание. И да, я позволил, за это можешь меня ненавидеть.

— Ты сказал ей, что у тебя другая женщина, то есть моя сестра?

— Да! Как ты догадлива! — Престон всплеснул руками. — Именно это я и сказал. Потом я сам ушел и поехал к Тиффани. Она не брала трубку, я волновался. Я был с ней весь вчерашний день, эту ночь и утро до того момента, как вошел в эти двери.

— Скажи, Дель Рио, теперь ты получил желаемую должность, а какое место уготовил Тиффани?

— Сама Тиффани тоже имеет право голоса в этом вопросе, Алиша. Не мне одному решать.

— Но если бы было так? — Алиша пригвоздила его взглядом.

В нем он прочитал все ее мысли. О том, как истово она любит младшую сестру и готова защищать ее до последнего в любых обстоятельствах.

— Престон? — раздался за спиной голос отца. — Все в порядке?

— Да, я уже иду. — Он перевел взгляд на Алишу: — Извини, мне надо быть там.

Он так и оставил ее вопрос без ответа, потому что не нашел бы его даже для себя самого.

— Я буду рядом с Тиффани, Алиша. Ради нее и нашего малыша. Чего бы мне это ни стоило.

Она перевела дыхание, отвернулась. Когда она посмотрела на Престона вновь, глаза были ледяными.

— Не уверена, что это будет хорошо для сестры и ребенка.

Ему стало неприятно, но он сглотнул горечь.

— Ты сейчас едешь к ней?

— Уже была бы там, если бы не ты.

— Алиша, пожалуйста…

— Нет. Не заставляй меня пожалеть о том, что я однажды уже тебе помогла. — Она распахнула дверцу машины. — На твоем месте я бы держалась подальше от Тиффани, пока не определишься, чего, черт возьми, ты хочешь. У нас три брата, не думаю, что они останутся в стороне, когда все узнают.

Алиша помахала Маркусу, который незаметно появился у входа. Он стоял, сложив руки на широкой груди, и наблюдал за ними.

— А теперь, извини, мне надо ехать.

Престон отступил и несколько минут смотрел, как она удаляется, выпустив облако сизого дыма. Если бы он только знал, чего хочет, непременно бы дал ответ. Единственным твердым желанием было повернуть время вспять и вернуться в объятия Тиффани, положить руку ей на живот, зная, что там растет новая жизнь, которую они зародили вместе. Как жаль, что это невозможно.

— Что это значит? — раздался у самого уха голос отца.

Престон молчал, не в силах заставить себя произнести то, что должен.

— Итак? — нахмурился отец.

Престон глубоко вдохнул и медленно выдохнул:

— Мы говорили о фотографии меня и Санни, сделанной в Глас-Хаус. На сегодня это главная светская сплетня. У тебя нет мыслей, чьих это рук дело?