Книга Лотерея соблазна, страница 52 – Синтия Обин

Тиффани было неловко, она понимала, что утомила сестру, а ведь она так много сделала, чтобы ее успокоить! Правда, предварительно расстроив, но ведь она и без нее узнала бы о произошедшем.

Алиша представила довольно логичные выводы и не сказала о Престоне ничего, что было бы выдумкой, неправдой. Она называла его подонком, подлецом, мальчиком из богатой семьи, любителем швырять деньгами. Нахалом и снобом, родившимся с золотой ложкой во рту. Алиша ругала и обзывала Престона, но легче Тиффани не стало.

— Все хорошо, не волнуйся, — сказала она сестре. — Я приму ванну.

Она скинула халат и погрузилась в воду. Ласковое тепло коснулось плеч и шеи, растворяя напряжение, которое появилось с момента пробуждения еще утром. Алиша протянула ей салфетку, которую Тиффани намочила и положила на лицо, а через пару секунд скинула и отбросила в сторону. Всякий раз, стоило закрыть глаза, она видела одну и ту же картину — злополучную фотографию.

— Я не виновата, это Тремейн. Он услышал, как я разговаривала с мамой по телефону. Ты знаешь, они с Престоном лучшие друзья. Может, нам удастся уговорить его молчать.

— Итак, значит, ты, мама и Тремейн.

— Да, — кивнула Алиша. И добавила после паузы: — И Маркус.

Тиффани села так резко, что волна воды едва не перелилась через край ванны.

— Маркус тоже знает?

— Он оказался на стоянке, когда я была так зла на Престона, что готова была голову ему оторвать. Он позвонил с расспросами, когда я ехала к тебе, пойми, я не могла не признаться, когда он и так знает. Но не волнуйся, — поспешила добавить она, — Маркус поклялся хранить тайну.

— Ты знаешь, Маркус знает, Тремейн знает, — громко перечисляла Тиффани. — Да, и мама тоже знает. Кто еще?

Золотисто-карие глаза Алиши сверкнули, и она отвела взгляд.

— Возможно, Маркус рассказал Джерико.

— Ты серьезно?

— Не могу утверждать, но Джерико позвонил через несколько минут после Маркуса и задал несколько странных вопросов.

— Что за вопросы?

Сестра дернула плечами.

— Ну, как сказать. О твоем самочувствии. Когда мы последний раз виделись. Спрашивал, не заметила ли я, как вы с Престоном хорошо смотрелись вместе на его помолвке.

Тиффани схватила салфетку и закрыла лицо. Как было бы здорово навсегда остаться в этом теплом, уютном месте и больше никогда в жизни никого не видеть и ни с кем не разговаривать.

— Ты не знаешь, — осторожно поинтересовалась Алиша, — Престон не поделился новостью с Мэгги?

— Насколько мне известно, нет. Если ты помнишь, мы хотели сохранить все в тайне до того, как пройдет свадьба Мэгги и Джерико.

— Учитывая последние тенденции, полагаю, будет лучше, если мама поставит в известность отца. Ты ведь знаешь, как часто общаются Маркус, Джерико и папа, он непременно все узнает, и очень скоро.

Тиффани поникла, плечи ее упали.

— Не понимаю, как же это произошло.

— Я понимаю. — По интонации Алиши Тиффани поняла, что сестра отошла к тумбе и села, — Дело в щетине.

Тиффани убрала салфетку от глаз.

— В щетине? В какой щетине?

— В обычной щетине, — повторила сестра. — На помолвке у Престона была очень сексуальная трехдневная щетина на лице, именно такая, как тебе нравится. Тебе стоило держаться от него на расстоянии не менее десяти ярдов.

Тиффани не могла не согласиться. Она явственно увидела, как он выглядел тем вечером. Темные волосы, растрепавшиеся после нескольких танцев. Голубая классическая сорочка расстегнута настолько, что был виден край нижней майки. Тиффани была уверена, что и в одной майке он смотрелся бы восхитительно, она подчеркивала бы его загар и хорошую кожу. Но лучше всего ей запомнился запах: кондиционер для белья, запах свежести и мыла с древесным ароматом. А еще сексуальная улыбка. Эдакий невероятно привлекательный и красивый плохой парень.