Книга Лотерея соблазна, страница 55 – Синтия Обин

— Я уже получил приглашение на свадьбу. — Он перевел взгляд на дверцу холодильника, к которой оно было прикреплено.

— Это не имеет отношения к свадьбе.

— Что же это?

Он подцепил ногтем край, увидел кремового цвета бумагу, и сердце подпрыгнуло.

Тиффани Уинтерс.

— Откуда у тебя это? — Он поднял глаза на Мэгги.

Сестра взяла свой стакан, открыла и подула, отгоняя клубы пара.

— Мне дал его Джерико, чтобы я передала тебе.

Престон прижал ладони к прохладной столешнице. Если Тиффани отдала письмо брату, значит…

— Поверить не могу, что ты мне не рассказал!

— Я сделал всего пять глотков. И о чем я должен был рассказать?

— Прекрати, весь город знает о тебе и Тиффани Уинтерс!

Кровь отхлынула от головы.

— И о ребенке все знают?

— О чем, о чем? — Мэгги открыла рот.

— О вечеринке в честь твоей помолвки, Мэгги.

— Знаешь, давай-ка рассказывай все, иначе я заберу себе весь рулет с корицей.

Сестра умела заключить выгодную сделку. Престон сел на барный стул и потер помятое лицо.

— Мы провели ночь вместе в день твоей помолвки. Тиффани забеременела, решила оставить ребенка. С тех пор мы были вместе еще пару раз. Отец дал понять, что я должен выбрать между местом генерального и Тиффани. А еще Тиффани увидела ту фотографию в газете, где мы с Санни целуемся.

Удивительно, как легко удалось изложить все свои проблемы.

— Папа знает?

Престон кивнул:

— Я сам ему сказал.

— Кто еще знает?

— Камилла Уинтерс, Алиша, Тремейн. Возможно, кто-то еще, но мне неизвестно.

Престон наклонился и положил голову на столешницу. Камень приятно холодил лоб.

— Черт возьми, а чем ты занимался в тот день, когда не появлялся в офисе?!

Он резко выдохнул и покосился на окно, будто за ним мог стоять снежный человек и подслушивать.

— Мы с Тиффани покупали вещи для ребенка.

— Что? Покупали вещи?

— Тиффани оборудовала в гостевой спальне детскую. Я просто хотел участвовать.

Мэгги открыла рот и прижала руки к груди.

— Слушай, это не бог весть что…

— Не бог весть что? Престон, ты сошел с ума? Ты же станешь отцом! Отцом!

— Да. Мне выпала такая честь.

— Боже! А я стану тетей!

— До тебя только что дошло?

Мэгги задумалась и поправила волосы.

— Слушай, но ведь все между вами не могло произойти случайно?

— Нет, не случайно.

Сестра сложила руки на груди.

— За все время, что тебя знаю, я не видела, чтобы ты хоть краем глаза взглянул на Тиффани Уинтерс.

Престон провел рукой по голове.

— Я стал посещать театральную студию только из-за Тиффани. Подумал, вдруг, если мы будем чем-то заняты вместе, сможем хоть изредка разговаривать.

— Помнится мне, — она сделала глоток кофе, — в тот год решили ставить Шекспира, и тебе досталась роль Ромео.

— Верно. Тиффани была помощником режиссера. Потом те, кто исполнял главные роли, заболели, и мистер Овертнон попросил меня и Тиффани сыграть Ромео и Джульетту.

По лицу сестры пробежала тень.

— Ты хочешь сказать, что все это время ты?…

Престон не знал, как описать, что значила для него Тиффани. Где-то он прочитал сравнение чувств с костром, готовым вот-вот вспыхнуть с новой силой. Пожалуй, оно самое точное. Он провел многие годы, работая на благо компании, но его чувства к Тиффани не исчезли, они спали, ожидая шанса разгореться.

Мэгги открыла белый бумажный пакет и достала пластиковый контейнер с большим рулетом с корицей, политым белой глазурью, и две вилки.