Книга Подмена: тёмный близнец мужа, страница 35 – Анна Жукова

— Ты стала очень дорога мне. Я не вру, — ответил потому что сам захотел.

Не верить ему мне резона нет. Он выглядит искренним. Взгляд открыт.

— Раньше врал? — кидаю вопрос.

И замираю. Я не хочу от него искренности. Ведь ответ я знаю. А если он соврёт, насколько частей разобьётся моё сердце? Видимо я безумна, что позволяю себе влюбиться.

Орлов не отводит взгляда.

— Да.

Я вздыхаю облегчённо. В его лице читается недоумение. Он не может понять почему мне стало легче, почему вместо того, чтобы рассердиться я готова рассмеяться.

— Ты сумасшедшая, — шепчет он, — иди ко мне.

И протягивает руку. Я делаю шаг назад с лукавой улыбкой.

— Догони! — кричу я и срываюсь с места.

Но тут же взвизгиваю, когда Орлов подхватывает меня как песчинку и кладёт через плечо.

— Отпусти, — стучу по его широкой спине с тугими узлами мышц.

Орлов ощутимо больно хлопает по моей ягодице. Не вижу его лица, но кожей чувствую улыбку на его лице. Я вскрикиваю, но не перестаю сопротивляться.

— Если ты ещё раз дёрнешься, — хрипло проговаривает он и показывает в гущу растительности, — я возьму тебя прямо у того дерева.

Дорожка вьётся вверх. Ещё немного и я увижу очаг посреди двора, два уютных лежака фрукты и вино на столе. Такая идиллия. Я как будто дома. Словно дом Орлова всегда был моим домом. Словно я всегда искала своё место, а нашла его случайно и прямо здесь.

Тёплый вечер ласкает моё обнажённое тело, а его рука жаром выжигает на моей коже клеймо принадлежности только ему. Он легко взбирается со своей ношей во двор дома, который ощущается мною как наш.

Я замираю. На миг. Затем вновь начинаю брыкаться.

Он отходит к раскидистым деревьям растущим за домом и встаёт под открытый душ, откручивая вентили.

Я вскрикиваю от неожиданности, когда ощущаю тёплую воду. Мои кожа и волосы благодарны за то, что с них смыли соль.

Он ставит меня рядом, так сжимая в своих объятиях, что я задыхаюсь. Но не от недостатка воздуха, а от возбуждения.

Наши губы встречаются. Орлов жаден до меня. Он фиксирует мою голову руками, обхватив ими меня за щёки и целует так крепко, что заходится сердце. Язык нетерпеливо, грубо разводит мои губы и врывается в рот с такой силой, встречаясь с моим, чтобы затем нежно сосать его. Я отвечаю ему, растворяясь в безумно-отчаянном поцелуе, в его руках, что бесстыдно исследуют моё тело, в самом мужчине рядом, в звуке падающих капель, шуме моря, затухающем свете гаснущего на ночь солнца.

Я протяжно стону, когда его ладонь ребром поглаживает вагину. Хочется свести колени, но Орлов неумолим.

— Охуенная, — сбивчиво шепчет он, перемежая совершенно пошлые эпитеты с жадными поцелуями шеи.

Он оставляет на шее и груди засосы, взрывающиеся повреждёнными капиллярами на коже, расцветающими на ней словно фиолетовые цветы. Губами спускается к торчащим словно острое стекло соскам. Втягивает в себя, слегка покусывая, посасывает их, перекатывая во рту. Я стону сильнее, вжимаюсь в него, мне хочется падать в бездну удовольствия вместе с ним, но его руки удерживают меня физически, хотя мы оба давно сорвались в крутое пике.

Его поцелуи калёное железо: по животу и вниз. Он встаёт передо мной на колени и фиксирует ладонями мои ягодицы и живот. Язык нежно скользит по половым губам и клитору, лишь слегка дразня их, порхает словно бабочка над цветком.