Книга Подмена: тёмный близнец мужа, страница 36 – Анна Жукова

— Сладкая, — хрипло.

Царапает за душу и я фокусирую на нём свой размытый взгляд, останавливаясь на его тёмных, глубоко-синих глазах.

— Да, — шепчу я, а когда его язык на миг оставляет меня готова расхныкаться.

Но затем его язык возвращается, не переставая ласкать меня. Напряжение внутри живота нарастает. Хотеть мужчину так, что не видеть вокруг себя никого и ничего… Это так страно.

Голая, посреди двора, за тридевять земель, бессовестно разнузданная, развратная, раскрепостившаяся, безумно счастливая, живущая одним мигом. Свободная. Для него? Для себя!!!

СВОБОДНАЯ!

Свободная с ним! Свободная для себя!

Его язык неумолим, он непреклонен, он жаден. До моей влаги, до напрягшегося живота, до судорог, что охватывают меня.

Орлов встаёт в полный рост, я же наоборот не смогу удержаться на дрожащих ногах, медленно скользя по его телу, опускаюсь на колени перед ним. Смотрю снизу верх. Его ладонь сжимает мои волосы на затылке. В мужском взгляде плещется желание, которое значением вряд ли уместится в это предложение.

— Возьми его, — большим пальцем другой руки ведёт по губам, приоткрывая их.

Я прикусываю губу и слегка краснею. Любуюсь его крепким прямым членом, увитым пульсирующими венками.

Мои ладони смыкаются на нём. Я испытываю удовольствие от вида, величины и тяжести его органа. Прижимаю его к плоскому прессу и касаюсь языком у самого основания, веду до головки, торжествующе отмечая дрожь, трепещу сама, слыша сдержанный стон.

Член толкается в рот и я послушно охватываю его губами. Рукой, лежащей на затылке, он жёстко направляет меня. Я едва ли умещу его во рту. Головка набухает во мне так, что ещё чуть-чуть и он кончит, смазка лёгкой горчинкой проскальзывает в горло. Как и его член. Несколько движений и он откидывает голову назад, рыкая в небо.

Он тянет меня к себе и наши губы вновь встречаются. Я наслаждаюсь его нетерпеливой лаской. Прыгаю на него и обвиваю ногами торс. Мы не перестаём целоваться, когда он входит в меня, упругими, мощными толчками крепкого члена.

Орлов груб и жаден, входя в меня всё чаще, целуя и кусая до крови губы. Кажется я кричу или это мужчина стонет. И мир вокруг нас меркнет, опускаясь в тёплые сумерки. А мы как дикие животные. Ненасытные. Я кусаю его плечи, свои пальцы. Он языком трахает мой рот так же интенсивно как огромный член мягкую, текущую, хлюпающую вагину.

Мы вжимаемся друг в друга так как будто завтра не наступит никогда. К точке удовольствия подкатывает разрядкой, такой что возносит меня до небес, а потом со свистом ухает в бездну, растекаясь по телу бешеной дрожью. Кровь набатом бьёт где-то в затылке. А его член бешено двигается во мне, извергаясь спермой. Его трясёт словно в лихорадке, он зарывается в мои волосы носом и довольно, сыто, удовлетворённо порыкивает. Мои ягодицы буквально немеют от его крепко держащих ладоней, обещая синяки, но мне всё равно.

Я обнимаю мужчину за плечи. Меня всё ещё протаскивает по остаточным очагам моего оргазма. И находясь во фрагментах своего удовольствия, в затухающих фрикциях его мощного члена во мне шепчу:

— Да…Ещё… Слава…

Орлов резко ставит меня на ноги. Смотрит внимательно, стараясь заглянуть глубже того, что написано на моём лице. Брови сведены. Он суров сейчас. Вся нежность уходит, смывается вместе с водой, так и остающейся бежать из душа.