Книга Свобода как повод влюбиться, страница 49 – Елена Романова

В наш разговор вклинился старший де Бьорк.

— Довольно, — сказал он, встав между нами, — вы ведь не станете устраивать сцен.

Я безмолвно схватила Вильнуса за локоть, и мы поспешили покинуть эту компанию. Когда мы протиснулись в зал с толпой страждущих, среди которых процент газетчиков был довольно велик, Скотт прошептал мне на ухо:

— Вас хотели вывести из равновесия. Не стоит поддаваться всем провокациям с их стороны.

— Это тоже написано на какой-нибудь странице какой-нибудь книги? — невесело усмехнулась я.

— Нет. Это мое глубокомысленное наблюдение.

Мы уселись за столом защиты. Я заметно нервничала. Наконец, сбылась мечта — я в верховном суде и сейчас пройдет первая важная часть всего слушания по делу — отбор присяжных. Именно эти люди и определят впоследствии виновен Роберт или нет. Всего их более сорока, а мы должны отобрать двенадцать.

Спустя несколько минут зал был полностью заполнен. Стоило мне подумать, что я увижу де Вера, как сердце подскочило к горлу.

Когда двери были вновь открыты, и секретарь возвестил о том, что председательствовать будет лорд ким-Аварский, газетчики вскочили с мест. Потребовалось больше десяти минут, чтобы их утихомирить. Лорд Аварский вошел в зал, медленно прошествовал через отведенный для него проход за стойку, занял свое место и обвел присутствующих ледяным взглядом. Я мысленно возликовала.

— Констебль, — уверенный и громогласный голос судьи заполнил зал и принялся звенеть, — приведите обвиняемого. Секретарь, — тяжелый, непреклонный взгляд скользнул в сторону притихшего парнишки в углу, — передайте сторонам анкеты. Уважаемые защитник и обвинитель, подойдите ко мне.

Казалось, я ждала этого момента всю жизнь.

Мы оба — я и Эдвард — поспешили к судье, встали перед его столом.

— Рад видеть, — сухо сказал тот, затем обратил ко мне чуть потеплевший взгляд. — Вам нездоровится, госпожа Хоткинс?

— Я в полном порядке, ваша честь.

— Хорошо, — он взглянул на Эдварда, — сегодня у нас аншлаг. Собрался весь город, не иначе. Надеюсь, вы пришли не для того, чтобы играть на публику, коллеги?

Мы с Эдвардом отрицательно помотали головами.

— Есть ли предпочтения в отборе присяжных?

— Нет, ваша честь, — ответил де Бьорк.

— У меня будет несколько уточняющих вопросов.

— Ваше право. Желаю вам обоим удачи.

Когда я возвращалась за стол, послышался хлопок двери, и зал вдруг взорвался бешеными криками, вздохами и ахами. Вильнус стал медленно подниматься, глядя в сторону выхода. Я повернулась и увидела Роберта в окружении конвоиров.

Взгляд заскользил по его потрепанной одежде, по рукам со сбитыми костяшками, по рубашке с пятнами крови, небритому лицу, разбитой скуле, белоснежным волосам, которые были в беспорядке, по кандалам, сковывающим его запястья. Мой взгляд бегал по его фигуре беспорядочно, пока я не осознала, что задыхаюсь от эмоций.

— Ваша честь! — мой голос прозвучал так громко, сипло и надрывно, что гомон вдруг прекратился, и все уставились на меня. — Ваша честь, у меня ходатайство. Разрешите подойти!

Меня трясло от гаммы разнообразных чувств. Я отвернулась от де Вера, убеждая себя не смотреть на него, дабы сохранить остатки самообладания. Когда ухватилась руками за стойку стола и подняла на судью взгляд, он сказал:

— Держитесь, госпожа Хоткинс, это только начало.