Книга До любви две мили и один шаг, страница 67 – Елена Романова

Беккет задумчиво чесал щетину.

— Земли останутся у вашего мужа, леди. Вам они не к чему. Кроме того, у нас есть иное предложение, которое решит все наши проблемы.

— Вот оно как? Хотите оставить меня с голой задницей?

Чарльз рассмеялся.

— Впервые вижу, чтоб вы были так импульсивны, Анна. Может, так на вас действует местный воздух?

— Так на меня действуете вы.

— Продолжим, — не желая вступать в дискуссию, произнес он, — я предложу вам кое-что более выгодное, и если вы, конечно, не круглая дура, то согласитесь.

— А куда ж делись ваши манеры? — зло усмехнулась. — Или мы отбросили условности, когда вы зажимали меня у стенки?

Он несколько секунд собирался с духом, будто желая предложить мне продать душу дьяволу.

— Я хочу, чтобы вы, Анна, вышли за меня. Это уладит все противоречия. Ваша репутация останется чиста. Все затраты по вашему содержанию я беру на себя.

— Чем обязана такой щедрости? — я нагло рассмеялась ему в лицо, — вы заводите себе жену или домашнее животное, лорд? Или выплачиваете таким образом карточный долг моему мужу?

— Я не шучу, — без тени улыбки отозвался он, — для разведенной женщины, которая останется одна и вряд ли сможет явиться в свет, это очень выгодное предложение.

— Я бы предпочла овдоветь. Вот тогда бы это было выгодное предложение.

— С ней невозможно разговаривать, — пробурчал Энтони.

— Что вы ответите, Анна? — Чарльз внимательно глядел мне в глаза. Будь я неладна, если в этот момент он не затаил дыхания.

— Я отвечу, что люблю другого мужчину.

— Это меня не волнует, — он отбросил мой ответ, как нечто неважное.

— Я беременна.

В этот момент моя горемычная Шерри второй раз вошла в гостиную, и снова сервиз грохнулся об пол. Она расширила глаза, раскрыла рот и повернулась ко мне.

— Ложь! — бросил Энтони, выставив вперед руку и очерчивая мой силуэт. — Она абсолютно бесплодна!

Беккет некоторое время молчал, уйдя глубоко в подсознание, будто то, что я сказала, окончательно разрушило его планы. Видеть его растерянным — оно удовольствие.

— Кто отец? — его голос стал еле слышен.

— Это не ваше дело.

— Разве? — в глазах трепыхалось раздражение и гнев. — А если мы все-таки изменим основание для развода? И призовем изменницу и ее любовника к суду? Заставим его выплатить баснословные деньги и очерним его имя?

— Вы не посмеете! — змеей взвилась я, опять поднимаясь на ноги.

— Думаете, мне будет сложно узнать кто он? Здесь, в Шропшире, где каждая интрижка шита белыми нитками?

— Гореть вам в аду, Чарльз!

— А затем уничтожить этого человека, чтобы о нем не осталось даже воспоминаний? А, леди Блайт? Как вы считаете, смогу ли я, член парламента, вытравить из вашего сердца мелкого помещика?

— Вам будет это не под силу, лорд Беккет, даже если вы станете королем, — с презрением выплюнула.

— Вы уверены, что хотите эту войну, леди?

— Уверены, что потяните?

— Войну?

— Меня, — я насупилась, глядя на него как дикая кошка, — спросите у Блайта, каково это быть моим мужем. Авось передумаете.

— Я все взвесил, — усмехнулся, — а трудностей я не боюсь, — он повернул голову, уставившись на Шарлотту, — ради бога, миссис Эванс, дайте нам поговорить.

Она выскочила из комнаты, как ужаленная.

— Ваша подруга случайно не любит трепаться? — подал голос Энтони.

— Мою репутацию здесь уже ничем не спасти, — огрызнулась на него, — а ваша по-прежнему остается примером для подражания. Кстати, когда вашей любовнице рожать?