Книга (не) Твоя игра, страница 12 – Марина Вуд

— Хорошенькая, как этот пушистый зверек, – улыбается он и наклоняется, чтобы поцеловать. Но вместо того, чтобы закрыть глаза и отдаться на волю своим чувствам, я со всей дури толкаю его в сугроб.

— Остынь, – разворачиваюсь и делаю шаг обратно. За моей спиной раздается протяжный стон. Черт! Совесть заставляется меня остановится, что я, собственно, и делаю. Смотрю на Костю – он лежит в сугробе, и прикрыв глаза держится одной рукой за ребра.

Начинаю мысленно грызть себя, что из-за меня ему опять больно.

— Что? – подбегаю к нему. – Где болит? – становлюсь рядом с ним на колени. Он скрючивается, видимо от боли.

— Здесь, – показывает слева в район сердца и морщит лицо.

— Здесь? – наклоняюсь над ним и начинаю суетиться. Расстёгиваю пальто, хочу осмотреть. Может я ему ребра задела. Но, он неожиданно резко замолкает. Поднимаю на парня глаза и оказываюсь плотно прижатой руками к его телу. Не сразу соображаю, что происходит, но вижу, как он расплывается в довольной улыбке.

— Ты даже попалась, как этот заяц, – резко разворачивается и в снегу оказываюсь я. Котов нависает надо мной всей своей массой.

От возмущения я начинаю пыхтеть словно старый паровоз.

— Ах ты ж, – набираю полную ладонь снега и бросаю ему прямо в лицо. В ответ, парень начинает громко смеяться. – Отпусти меня! – брыкаюсь и пытаюсь встать, но ничего не получается.

— Не-а, – крутит головой. – Ты попалась, а значит проиграла. Я тебе не отпущу. Ты мне должна, – убирает пальцами мои волосы, намокшие от растаявшего снега и прилипшие к щеке.

— Что должна? – снова пытаюсь оттолкнуть его. Но он тяжелый как лось.

— Поцелуй, – он сейчас на опасно близком расстоянии от меня.

— С какой это стати? – фыркаю я. – Знаешь Котов, если я здесь лежу под тобой на лопатках. Это не повод думать, что тебе все можно.

— А мне можно, – его глаза изучают мое лицо. – Я ведь выиграл, – его голос скатывается в тихий хрип.

— Мы не играли. И как минимум ты не озвучил мне правила, – я перестаю сопротивляться и расслабляюсь в его руках. Смотрю на его губы и мне начинает хотеться продолжения этой игры. Мне влечет к нему. И очень сильно. Это как невидимое притяжение. Как какой-то магнит, который притягивает разные полюса.

— Так я сейчас расскажу, – он наклоняется еще ближе, а меня отвлекает раздавшийся где-то сбоку шум. Тяжелые шаги в сопровождении ломающихся веток.

— Костя, – дергаюсь и хлопаю его по спине.

— Что? – я вижу, как пелена страсти слетает с его глаз и он приходит в себя. Отстраняется.

— Смотри, – показываю в сторону зарослей. – Там что-то есть. И это что-то явно большое, – я вижу какую-то коричневую шкуру и как от движения, с больших еловых веток падает снег.

Котов резко освобождает меня из захвата. Поднимается сам и помогает встать мне. Заводит меня за спину.

— Как только скажу, ты побежишь. Поняла?

— Нет. Я тебя не оставлю, – цепляюсь руками за его пальто.

— Ты побежишь, – приказывает он.

У меня от страха потеют ладошки, и я сильнее cжимаю ткань в руках. От страха пульс глушит в ушах. Сердце готово выскочить из груди. Скрип снега все ближе. Хруст веток громче. Большая, усыпанная снегом ветка отодвигается в сторону и перед нами появляется…

Алина

— Кхе-кхе, – из-за елки выходит Петр Васильевич. Он же дед Петя. Тот самый, с которым мой дед собрался идти на охоту. На нем надет темно-коричневый кожух и мохнатая ушанка. За спиной двустволка и рюкзак.