Книга Временные трудности 3, страница 32 – Максим Томилко

— По мне, так лучше, чем пожизненное.

Занятые разговором, они не заметили, как из темноты пещеры вышла сгорбленная фигура и, не обращая на них никакого внимания, неторопливо прошла к выходу. Лена испуганно вскрикнула. Мужчины обернулись, и она указала на фигуру дрожащим пальцем.

Это была Графиня. Одетая всё в ту же не по сезону тёплую меховую накидку, она вышла из пещеры, тяжело вздохнула, оперлась на свою палку и недовольно обозрела окрестности. По ней никто не стрелял. Потом Графиня так же медленно развернулась на месте и не спеша подошла к троице. Остановилась и смерила каждого тяжёлым, злым, не предвещающим ничего хорошего взглядом.

— Здравствуйте, Графиня, — Клочков оставил в покое свой рюкзак и встал, с лёгкой улыбкой глядя на неё сверху вниз. — Я так и не поблагодарил вас за своё спасенье. Ну и за этого остолопа тоже. От души, как говорится!

Графиня долго молча разглядывала спокойного и слегка отрешённого Клочкова, и вдруг её лицо исказила неприятная гримаса. Кустистые седые брови поползли вверх, сморщенные узкие губы разошлись, обнажая редкие гнилые зубы, а чёрные, словно угли, глаза вдруг вспыхнули каким-то юным бесшабашным весельем.

— Она улыбается! — догадался Егор и вдруг почувствовал, как Лена крепко ухватила его за руку и неожиданно больно сдавила кисть.

Графиня перевела взгляд на него, потом на Лену… Улыбка, а это была именно она, теперь Егор в этом уже не сомневался, медленно сползла с её лица, уступив место обычному неприязненному выражению. Потом старуха вздохнула, сгорбилась ещё больше и, тяжело ступая, беззвучно побрела в темноту пещеры.

— Я отпускаю заложников. Не стреляйте, — заорал Юрий Андреевич и, повернувшись к Егору, протянул ему руку. — Рад был знакомству, Егорушка. Береги их, и будьте счастливы.

Егор молча пожал ему руку. Он не знал, что ответить. В голову лезла какая-то дешёвая напыщенная муть из плохих фильмов.

— Спасибо тебе за всё, Юрий Андреевич! — смог выдавить он.

Лена повисла на груди Клочкова и разрыдалась.

— Ну ладно, хватит уже, подружка. А то я сам расплачусь, — он мягко отстранил Лену, что-то поправил у неё на поясе, замыкая контакты, от чего телефон вдруг ярко вспыхнул в полумраке пещеры своим синим экраном.

Егор отчётливо увидел, как свет старого, кнопочного ещё телефона, отразился на граните алтаря, выделив там какой-то символ. Этот странный символ словно поглотил отблеск синего экрана и вспыхнул почему-то жёлтым цветом. Всё произошло очень быстро, в какие-то доли секунды, и Егор решил, что ему это померещилось.

Юрий Андреевич одёрнул на Лене куртку, скрывая ставший таким опасным пояс, и подтолкнул девушку к выходу:

— Только не трогай больше ничего. Там есть кому разминировать.

— Мы сдаёмся! Не стреляйте! — как можно громче крикнул Егор, выходя наружу, и замер, едва переступив невидимую черту, отделявшую пещеру от остального леса.

Костра с висевшим над ним казанком, в котором Юрий Андреевич кипятил воду для кулеша, не было. На его месте лежал толстый слой старых пожухлых листьев. Лес вокруг поражал буйством оранжево-жёлтых осенних красок.

Сзади ойкнула Лена, тоже, видимо, уловив необычную смену времён года.

— Юра! — громко позвал Егор не оборачиваясь. — Иди сюда. Ты сейчас очень удивишься.