Онлайн книга «Временные трудности 3»
|
— Практически скелет, — машинально отметил Егор, обозревая источник неприятного запаха. — М-да… — протянул Юрий Андреевич. — Представляю, как тут тогда воняло. Наверное, брёвна впитали, раз до сих пор ощущается. — Это ж сколько он тут вот так пролежал? — удивился Егор. — Вопрос в точку, старлей. Почему за все эти годы на него так никто и не наткнулся? Неужели мы так далеко от обжитых мест… — Похоронить бы надо, — предложил Егор. — А то не по-людски. — За избушкой, возле леса, уже есть какой-то крест. Там и похороним, — Юрий Андреевич немного помолчал и добавил: — Надо посмотреть, что тут полезного есть. Ему-то оно уже ни к чему, а нам сгодится. — Котелок бы найти, — мечтательно произнёс Егор. — А то жрать уже охота. — Было бы неплохо, — согласился Клочков. Он выволок из-под кровати седло с двумя кожаными седельными сумками. Несмотря на время, они неплохо сохранились. Юрий Андреевич повозился с проржавевшими застёжками и распахнул одну из них. Судя по сургучным печатям, когда-то это были письма или что-то в этом роде. На печатях явственно проглядывался двуглавый орёл, но текст был мелкий и нечитаемый. — Фельдъегерь какой-то, что ли… — задумчиво пробормотал Клочков, пытаясь разобрать надпись на сургуче. — Да похер, в общем. А в этой? Во второй сумке оказалась такая же труха. — Так неинтересно! А где же бриллианты или золотые дублоны с пиастрами? — спросил Клочков, поднимаясь с пола. — Нам бы котелок найти, а тебе всё бриллианты покоя не дают… — Брюликов нет, зато две сабли и сапоги со шпорами. Шинели совсем дохлые — одни галуны, считай, остались. Странно, но ни касок, ни фуражек нигде не видно, хотя, может, у них тогда ещё шляпы с султаном из перьев были… — Есть котелок! — обрадовался Егор. — Ржавый, правда… И ещё топорик маленький. Тоже ржавый, конечно… — Вот это дело! А ржавчина — это мелочи, лишь бы не насквозь. — Да вроде бы целый. — А я пистолеты нашёл. Но их только в музей — и то после капитальной реставрации. Зато лук есть и стрелы — наверное, порох закончился, и он тут охотился, аки тот индеец. Долго же они здесь куковали… — А вот и дублоны с пиастрами, — сказал Егор, высыпая на ладонь из тощего кожаного мешочка несколько монет. Юрий Андреевич подошёл, взял одну, поднёс к свету и прочитал: — Денежка, 1857 год, — потом перевернул. — А II — это Александр Второй, по идее. — Наверное. Тут три пятирублёвых имеются — написано «чистого золота» от 1850 года. Есть ещё пять копеек и рубль, оба от 1855 года. Все с царским орлом. А что за «денежка» такая? Никогда не слышал… — Держи, нумизмат, — Клочков протянул ему монету. — Бог даст, к себе вернёмся — выяснишь. — Хрен мы куда теперь без этой Графини вернёмся. А чё она нам помогает? Второй раз уже… — Видимо, не смогла устоять перед таким красавчиком, как ты: статным да могучим… — Да ладно тебе. Я ж серьёзно. — Давай закругляться — нет тут больше ничего путного. Пошли на воздух, и так уже провонялись, наверное. Егор прихватил котелок и топорик, а Юрий Андреевич — сабли и лук. Они вышли наружу. Лена прохаживалась неподалёку, рассматривая что-то в траве. Повернувшись на скрип двери, помахала им рукой. — Тут пытались выращивать пшеницу и овёс. Только давно это было — всё выродилось. — Что-нибудь для посадки собрать можно? — быстро спросил Клочков. |