Книга Будь моей, страница 69 – Мария Летова, Мария Манич

— Больше тебе этого делать не придется.

Отвечаю на его заявление молчанием.

У меня есть основания ему не верить, и за это утро ничего не изменилось, хоть он и доказывает мне обратное все эти два месяца.

Он смотрит на меня исподлобья, будто хочет услышать, что я оценила все его старания, но он получит то, что хочет, только когда я и правда в это поверю.

— Ты получила мое письмо? – спрашивает, меняя тему.

Пару дней назад он определился с выбором. Выбрал виллу на Бали с двумя спальнями, двумя детскими и бассейном. Его выбор шаром ударил по моему самообладанию, ведь мне до глубины души интересно, на кой черт ему понадобилось две детских.

Я чувствую в этом выборе провокацию, но ни за что на нее не куплюсь.

Последнее время именно из таких провокаций состоит наше общение. Даже сейчас…

Нас разделяет кухонный стол и расстояние в полтора метра, но я кожей ощущаю посыл в мою сторону, который он вкладывает в каждый свой взгляд. Тягучее обещание того, что я получу, если приму его условия.

Только я не собираюсь их принимать. Я свободная личность, как и он, черт возьми.

— Я уже начала готовить документы для сделки, – сообщаю деловым тоном.

— Отлично.

— Думаю, за месяц управимся.

— Я никуда не спешу, – в сотый раз напоминает он.

— Замечательно.

В кармане его джинсов пищит телефон. Быстро посмотрев на экран, Влад объявляет:

— Черт. Мне нужно обратно в город.

Я не знаю, чем он занимается сейчас в городе, но, судя по всему, у него какой-то новый проект. Он будто основательно здесь закрепляется. Целенаправленно и уверенно.

Несмотря на то что я не рассчитывала увидеть его сегодня, меня на секунду сковывает легкое опустошение от того, что ему пора, но я не даю этому чувству разрастись во что-то большее. В… потребность, от которой будет так невыносимо тяжело избавиться, ведь я это уже проходила.

— Хорошей дороги. – Отвернувшись к столу, включаю кофемашину.

Я слышу, что он не двигается с места.

Стоит там еще несколько секунд, после чего все же уходит, сказав мне:

— До встречи.

Как бы я ни сопротивлялась, это все равно происходит – комната становится пустой. Воздух тоже, будто, выйдя за дверь, Градский забрал с собой важные электрические частицы, которые он приносит, когда появляется.

Через приоткрытое окно слышу, как урчит, заводясь, двигатель его «БМВ», и одновременно через ткань собственных джинсов чувствую, как вибрирует мой телефон.

В моей почте письмо.

Волнение омывает с ног до головы, когда проваливаюсь в него и вижу себя официальным участником ежегодного благотворительного концерта в следующую субботу.

Я не сказала об этом никому. Ни родителям, ни брату, ни Кристине. И не уверена, что расскажу. Этот момент вдруг стал совершенно личным. Только моим. Я не хочу никаких расспросов, не хочу никому ничего объяснять.

Мы обедаем, а потом я забираю дочь домой.

Пока она играет в моем телефоне, я разбираю пятилетний хлам, которым завалено мое старое пианино. В шкафу нахожу стопки нот, точно зная, что ищу, и изучаю их, хрустя ломтиком сельдерея. Мне на секунду становится страшно, что моя техника скатилась до уровня музыкальной школы, но, как только пальцы ложатся на клавиши, понимаю, что это не так…

Мне есть над чем работать, но все можно исправить практикой.

Сглотнув и закрыв глаза, пускаю по нашей с Софи квартире первые звуки, со скрипом в сердце понимая, что мой инструмент расстроен, но и на это я решаю закрыть глаза.