Книга Борись за мою любовь, страница 104 – Мария Манич

Мы проводим много времени вместе. Иногда мне кажется, даже слишком, потому что расставание всё равно произойдет, и мне хочется, чтобы оно прошло безболезненно для нас обоих. Я надеюсь, он тоже это понимает. Но его взгляды, касания, слова — всё говорит о том, что он или пытается запудрить мне мозги, или, я даже думать об этом боюсь, влюблён. Кирилл Морозов не может быть в меня влюблён. Это полный абсурд и бред. Так не бывает. Вселенная не может посмеяться над нами обоими и подкинуть такую свинью.

Мы не совпали.

Опоздали.

Любовь к Морозову имела место быть в моём прошлом, но я никак не вижу её в будущем или хотя бы в нашем настоящем. Он просто предложил мне помощь, вот такую, завязанную на чувствах, сексе и ни к чему не обязывающих свиданиях. И я рада, что этим человеком стал он, а не кто-то случайно подцепленный по пьяни в баре. Кирилла я знаю. Когда-то его любила. Мне с ним не страшно. Спокойно. Уютно. Весело.

Рядом с ним легче дышится, полной грудью.

— Что это? — спрашиваю вечером, открыв дверь.

Мы не списывались целый день, потому что мой старый телефон находился у него. Он скидывал с него часть информации на новый, который мы выбрали вместе на днях в торговом центре. Мне захотелось обновить гаджет, но с условием, что все снимки, сообщения и приложения перекочуют полным составом в новый мобильный.  Отдала вчера вечером телефон Кириллу без каких-либо задних мыслей, просто доверила ему часть своей жизни, заключенную в этот плоский металлический корпус. Не в первый раз. Было ли это началом доверия? Возможно. Он и так знал уже достаточно. Больше, чем нужно ему самому.

Зато у меня освободился целый день и я могла заниматься учебой. Я лежала на диване с ноутбуком, пристроенным на животе, и пила давно остывший чай, когда раздался звонок в домофон. На моём пороге Кирилл, в его руках букет кремовых роз.

— Цветы, — отвечает Кирилл и, коротко поцеловав меня в губы, вручает букет и следом два телефона. — Тебе. Всё перенесено в целости и сохранности. Только зарядить нужно.

Сердце делает кульбит и ухает вниз живота, на губы приклеивается дурацкая благодарная улыбка, такая, будто я никогда в жизни не получала цветов.

— Зачем? Это я про цветы.

Я пропускаю его внутрь, с опаской глядя на розы, словно они могут меня укусить. Они выглядят идеально свежими, ароматно благоухают, завернуты в обычную крафтовую бумагу. Сколько их штук, не знаю, но держать тяжело.  Телефоны аккуратно кладу на обувницу в прихожей.

Мне не дарили подарки очень давно... с того самого момента... нет, я не буду сейчас об этом думать. Ныряю носом в нежные лепестки и втягиваю в себя тонкий аромат цветов.

— Просто так. Захотел порадовать свою девушку.

Вздрагиваю и опускаю букет вниз. У наших отношений не было официального статуса. По крайней мере, я так считала.  Всё это было удобно... нам обоим! Я не считала его “своим”, он не должен был привязываться ко мне по-настоящему.

— Спасибо.

Кирилл разувается и, помыв руки в  крошечной ванной, по-хозяйски проходит в комнату, я плетусь следом, шлепая босыми ногами по полу.

— Пожалуйста.

Напряженная спина, обтянутая серой футболкой маячит перед глазами. В том, как он пришёл, как сейчас разговаривал, есть что-то настораживающее. Словно он собирается мне что-то сказать или предъявить, но не спешит.