Книга Борись за мою любовь, страница 101 – Мария Манич

Сбрасываю с плеч джинсовку и смотрю на Кирилла. Он снимает свою кожанку и вопросительно приподнимает брови.  Нам пришлось утеплиться для прогулки на воздушном шаре. В небе прохладно. Зато сейчас мне жарко.

Жарко от того, как Морозов на меня смотрит. Жарко, потому что предвкушение чего-то запретного и неправильного скручивает внизу живота узел. Внутри меня живет когда-то влюбленная в него девочка, и она в шоке от того, что я собираюсь сейчас сделать.

Я не хотела совершать ничего подобного. Даже не думала... а сейчас хочу.

Его хочу. Живого, теплого... такого знакомого и чужого.

Запретные мысли туманят голову, первая делаю шаг к сближению. Обнимаю Морозова за шею и притягиваю к себе, встав на носочки.

— Ты уверена? — хрипло спрашивает Кирилл.

Его глаза мечутся по моему лицу, ища там признаки сомнений. Их нет. Потому что я запрещаю себе думать и анализировать то, что сейчас делаю. Иду на поводу у плотских желаний и момента. Сейчас мне хочется именно этого, об остальном я подумаю позже.

Киваю и, облизнув губы, тянусь к нему.

— Скажи, — требует Кирилл, отклоняясь.

— Да. Уверена.

— Я не собираюсь после исчезнуть и дать тебе порыдать в подушку. Не в этот раз, — серьезно произносит он. — Я хочу тебя... но если ты… ты должна понимать...

— Кирилл, помолчи... — прошу тихо, касаясь пальцами его щеки, он взволнован не меньше моего, и от этого мне хочется рассмеяться.

Но я этого не делаю.

Мы соединяем наши лбы и долго смотрим друг на друга, собираясь наконец подобраться к краю пропасти и прыгнуть.

И когда я уже почти делаю первый шаг, Морозов сам целует меня.

Иногда нас спасают те, от кого совсем не ждёшь помощи. Иногда чувства накрывают с головой, и ты пытаешься в них не захлебнуться, борешься изо всех сил, сопротивляешься, но в итоге сдаешься, признавая своё поражение. А когда всё-таки тонешь и идёшь ко дну, растворяясь в новых неведомых ощущенияхпонимаешь, что эта маленькая смерть стоила того.

После того, как я сдаюсь Кириллу, не думаю о последствиях этой капитуляции, не анализирую наше возможное совместное будущее. Ничего не жду. Планов никаких не строю. В облаках не витаю. Просто живу моментом, в котором мне хорошо. Очень хорошо. Морозов определённо знает женщин и знает, с какой стороны к ним подойти. Где нажать, а где погладить плавными движениями, где ущипнуть, а где прикусить почти до боли. До сладкой истомной боли, которая доставляет удовольствие. Такое, от которого я кричу, не сдерживаясь.

Наслаждаюсь мгновением пустоты мыслей и свободы израненной души. Неожиданно наши отношения дарят мне именно свободу. Знаю, что потом съем себя заживо и не раз назову предательницей. Стервой, которая посмела жить после…

Но это всё будет потом... а пока я лежу на взмокшей простыне и пытаюсь выровнять сбившееся дыхание.

Перекатываюсь на бок и смотрю на взъерошенную челку Морозова.

Кирилл мне нравится. Не так, как раньше, но с ним приятно и весело.  Не давит на меня и ничего не спрашивает. С ним удобно. Будто я попала в кусок своей подростковой мечты. Он смешит меня и удивляет. Чего стоит один полёт на воздушном шаре. Или купание в ночной речке. Забываю о том, где я и сколько лет меня не было дома. Мне нравится эта временная амнезия. Сейчас нравится. И Морозов нравится, только знать ему об этом совсем не обязательно. Доверие к нему всё ещё лежит ниже плинтуса и выше не поднимается.  Мне даже кажется, что он в каком-то смысле закрыл со мной свой давний гештальт. Завалил в постель Дашу Засимому и поставил напротив имени заветную галочку, ведь именно этого он хотел от меня тогда в лагере. Вряд ли он вдруг воспылал ко мне любовью. Я в такие сказочки больше не верю. Прекрасный принц и Золушка с чемоданом проблем.