Книга Прости за мою любовь, страница 67 – Мария Манич

— Привет!

Поворачиваю голову. Вместо Ивановой рядом сидит улыбающийся Морозов.

— Привет, – удивленно отвечаю, вскидывая брови, – куда исчезла моя подруга?

— Вон она.

Кирилл отодвигается так, чтобы мне было видно, Машка перебралась поближе к Кузнецову. Забралась с ногами на сидение, предварительно скинув кроссовки, и по-хозяйски положила рыжую голову парню на плечо, они вдвоем склонились над планшетом.

— Хорошо устроились, – хмыкаю я.

До лагеря ехать около полтора часа, полчаса уже прошло.

— Предлагаю и нам не скучать.

— Давай.

Кирилл протягивает мне наушник, который я тут же вставляю в ухо. В голову ударяют громкие басы.

— Ауч, – шиплю я, встряхивая волосами.

— Сейчас сделаю тише. Так нормально?

Киваю в ответ, покачивая головой в такт музыке.

— Супер.

Мне правда нравится. А еще нравится то, что мы с Кириллом преодолели какой-то барьер, который нас раньше разделял и мешал вот так просто общаться. Сидеть рядом, касаться друг друга локтями и коленками. Тихо подпевать одной мелодии, что льется нам в уши, и улыбаться.

Боже, как он мне улыбается…

Завороженная этим зрелищем, я откидываюсь на подголовник и какое-то время наблюдаю за сидящим рядом парнем. Ловлю моменты, фотографирую их в своем воображении и ставлю на полочку памяти.

Сама не замечаю, как засыпаю. Просыпаюсь от того, что кто-то легонько меня трясет.

— Просыпайся, мамочка. Мы приехали воспитывать общих детей.

— Прекрати шутить на эту тему.

Ударяю Кирилла в плечо, на котором недавно мирно посапывала. Замечаю мокрое пятно на его толстовке. Я что, пускала слюни? В ужасе округляю глаза. Надеюсь, он этого не заметил.

Вокруг суета. Автобус свернул на парковку перед небольшими двухэтажными домиками, собираясь остановиться. Студенты вскакивают со своих мест заранее, будто боятся, что их тут забудут и увезут назад в город.

— Отдашь?

Кирилл тянется к моему лицу рукой, и я не сразу понимаю, что ему надо, отшатываясь назад, упираюсь спиной в холодное оконное стекло. Его пальцы скользят по моим волосам, задевают щеку и выдергивают из уха наушник, о котором я успела забыть.

Рука парня проделывает обратный путь, задевая те же самые точки на моем лице, что и до этого. Мочка уха, скула, уголок губы, на котором пальцы Кирилла останавливаются дольше, чем положено всякими нормами приличиями. А мое дыхание обрывается…

— Любишь шоколадные печенья? – хрипло спрашивает он.

Поднимаю руку к своим губам, аккуратно отстраняясь от него.

— Очень. Я испачкалась? Съела целую пачку на нервах, пока ждала Машку.

— О да. Ты просто свинушка.

— Прекрати. Ты меня смущаешь.

Я краснею до корней волос, отворачиваясь от Морозова к окну. Искать зеркало в рюкзаке бесполезно, оно в самом низу. Поэтому приходится довольствоваться отражением в стекле. На меня смотрела крайне растрепанная девица, никаких крошек видно не было.

— Я не грязная.

— Дай посмотрю внимательнее, может, я не разглядел.

Опять наклоняется слишком близко ко мне, подаваясь всем телом вперед. А я, как загнанный в угол олененок перед хищником, съеживаюсь под его пристальным серым взглядом. Он бегло проходится по моему лицу, останавливается на губах, поднимается к глазам.

— Даша… – произносит тихим шепотом, и весь мир вокруг нас замирает.

Я вижу только его глаза, в которых плещутся прозрачные льдины вперемешку с искрами тепла. Никогда раньше не замечала: около зрачка у Кирилла проходит тонкий зигзаг из крапинок желтого цвета. Красиво.