Книга Лучший друг моего парня 2, страница 36 – Мария Манич

— Да.

Делаю шаг за порог, и Маринку прорывает:

— А что с тобой случилось? — впившись в меня любопытным взглядом, сверлит им шейный воротник.

До этого вообще ни одного вопроса не задала.

Рука сама поднимается к горлу.

— Поскользнулась и потянула мышцы, — откровенничать с ней не собираюсь, тем более она рот на замке держать не умеет, всё сливает своему жирному кабану.

— Ага, рассказывай. Гололёда не было уже три недели. Это тебя твой мажорчик-ёбырь так? Расплата за богатую жизнь настала? — криво усмехается.

— Мой хотя бы деньги мне давал, — произношу, стреляя взглядом в её синяки. — А твой тебя просто так и трахает, и бьёт. Я спать, Марин. Гостить долго не планирую.

— Я тебя не выгоняю, ты чего… Просто ты так внезапно уехала и так же резко вернулась. Я же ничего не знаю, что у тебя в жизни происходит. Ты ничем не делишься. Я считала нас подругами! Я тебе обязана, ты на курсы меня пихнула, я теперь вообще почти не отдыхаю. Скоро с Русом поженимся, нормальную квартиру снимем, дитёнка родим… — бормочет Маринка, надувая губы.

— Конечно. Всё так и будет, — успокаиваю её, игнорируя слова о дружбе.

Друзей у меня нет. Не умею я дружить.

В комнате меняю постельное белье на свежее, привезённое с собой, и выпиваю сразу две таблетки обезболивающего. Плотно закрываю дверь. Замок на ней оказывается сорван и не работает, щеколды тоже нет. Займусь этим завтра. Руслан сегодня на сутках, дома не появится, а я смогу выспаться.

Отключаю телефон и проваливаюсь в сон.

Меня будит непрерывная трель звонка. Я успела забыть, насколько этот трезвон ужасен. Кто-то беспощадно давит на кнопку, не прерывая звук.

В коридоре слышится возня и ругань соседки. Шлёпая по полу резиновыми тапками, спешит открыть.

За окном опять темно. Посмотрев на часы, понимаю, что проспала пять часов подряд, и, если бы не звонок, могла спать и дальше.

Очень хочется пить и затекла шея.

Сажусь под скрип пружин и, заведя руки за голову, пытаюсь расстегнуть корсет. Посижу без него немного, проветрив вспотевшее место сзади, и опять надену.

Вздрагиваю от скрипа двери. Натыкаюсь взглядом на чёрные кроссовки вместо тапок Маринки, на длинные мужские ноги, упакованные в потёртые джинсы. Поднимаю глаза выше: чёрная расстегнутая куртка и тёмно-серая футболка, на которой красуется несколько декоративных порезов.

Сердце ускоряется. Задерживаю дыхание.

Мирон мрачно окидывает взглядом комнату, кривя губы в гримасе отвращения. Останавливает глаза на мне и уверенно шагает внутрь, с хлопком закрывая дверь перед носом любопытной Маринки.

— Уютно.

Бросает на стул моё пальто и садится рядом со мной на кровать. Вытягивает ноги, под скрип приваливаясь спиной к стене.

— Ты что здесь забыл? — наконец обретаю способность говорить.

Неверяще таращусь на Мирона. Может, я переборщила с обезболивающим, и теперь у меня глюки?

Он смотрится в этой обстановке инородно. Мне неожиданно становится стыдно за бардак вокруг, пыль, разбросанные вещи и затхлый запах, который я до этого не замечала.

— Тебя.

9.1

Его глаза, не переставая, перепрыгивают с одного убогого предмета мебели на другой, пока опять не возвращаются ко мне. Лицо Мирона ничего не выражает. Ноль эмоций. Ни злости, ни радости, ни насмешки. Совсем ничего. Только в глазах привычное адское пламя, утягивающее и зовущее меня в свою бездну.