Книга Мёд полыни, страница 23 – Екатерина Кожевникова

— Леший! – испуганно сжалась и побледнела Весняна.

— Лешим меня еще не называли, – парень криво улыбнулся, отпуская ее рукав, и поднял раскрытую ладонь – пчела спокойно села на нее и поползла по пальцам.

— Укусит же, – неприязненно поморщилась девушка.

— Не надо ее пугать и руками махать – тогда не укусит. Они нападают только на врагов, а после укусов умирают. – Пчеле надоело переползать с пальца на палец, крылья затрепетали, насекомое взлетело к небу, а парень перевел взгляд на собеседницу. – Ей, наверное, бусины твои понравились. Яркие. Как цветы.

Весняна поморщилась, раздосадованно дотронулась до шести желтых бусин на шее – ей так хотелось похвастаться подарком отца перед подругами, а теперь идея надевать дорогую низку в лес казалась совсем бестолковой. Странный парень поднял прислоненный к дереву короб, взвалил на спину и развернулся, тихо шагая в сторону леса. Одет он был совсем просто: в рабочую рубаху с пятнами и потертостями, которая болталась на нем, как на кукле, и портки с заплатками.

— Подожди! А ты знаешь, как к деревне пройти? – обеспокоенно поспешила за ним Весняна.

Парень обернулся и окинул ее взглядом: девушка явно из деревни, в хорошей одежде, с ладной корзинкой, только вся взъерошенная, напуганная, голубые глаза от слез покраснели.

— Заблудилась в трех соснах и недалеко от дома, значит? – глаза незнакомца сузились, он внимательно посмотрел сквозь девчонку, будто искал что-то за деревьями.

— Да, от подружек отстала, хотели первые сморчки найти, – зашмыгала носом Весняна, ежась от холодного ветра. Парень вздохнул, прикидывая, сколько времени сейчас потеряет.

— Тут до деревни недалеко, проведу. Раз мерзнешь – пошли под соснами, согреешься.

— Почему? – удивилась девушка. Незнакомец не ответил, а кивком показал ей на полосу соснового леса, молча ступая на ковер из иголок. Двигался он, как кошка, привычным тихим шагом, хотя и нес за спиной высокий плетенный короб. Весняна со своей пустой корзинкой еле успевала за ним.

— Видишь? Здесь иголок много, они землю плотно накрывают, потому теплее, – не оборачиваясь, подметил он, и Весняна вдруг заметила, что перестала трястись от озноба. – А сморчки лучше не здесь, а на возвышенностях искать, куда солнце попадает. Вон, за деревьями, – парень махнул рукой в сторону, но Весняна ничего в той стороне не увидела.

— Ты все про здешний лес знаешь, что ли? – удивилась она. Девушка привыкла к предсказуемой и понятной деревенской жизни, но за пределы людского жилья раньше ходила только со старшими.

— Ну, всего никто не знает…

Весняна поравнялась с незнакомцем и зашагала рядом, украдкой посмотрела на его лицо и вдруг вспомнила, где видела раньше.

— Так вы же с отцом – лесные колдуны!

— Кто? – парень вдруг остановился и захохотал, схватившись за живот. Смех у него был теплый, дружелюбный, как звон колокольчиков.

— Ну, знахари, в лесу скрытно живете…

— При отце моем подобное не ляпни, а то он ругаться будет так, что вся деревня затрясется, – просмеявшись, хмыкнул и зашагал дальше парень. – Скажешь тоже. Он колдунов всей душою ненавидит, сами мы – простые бортники, мед лесной добываем и корзины плетем.

Весняна вспомнила: они с рыжим седоватым отцом по праздникам часто стояли с товаром на деревенском торжище^[15].