Книга Сказ о Яре и Чернаве, страница 11 – Екатерина Кожевникова

Внутри избушка казалась самым обычным крестьянским жилищем: печка, лавки, прялки, отгороженный угол для сна. Через маленькие низкие окна лился слабый тусклый свет, поэтому здесь царил полумрак, разгоняемый лишь печным огнём. Когда глаза Яры привыкли к темноте, она заметила бесчисленные ряды полок, сундуков, шкатулок, висящие под потолком сушёные травы и грибы, банки, склянки… Вокруг печки степенно расхаживала женщина, переставляя посуду и котелок с каким-то варевом. Несколько минут Ярослава молча прижималась к двери, не зная, как себя вести. Она думала, что хозяйка её не заметила, но та вдруг сама подала голос:

— Что, так и будешь на пороге стоять али гостьей станешь в доме?

— Д… доброго дня тебе, бабушка. – Ярослава робко подошла ближе.

— Кто же здесь бабушка? – удивилась хозяйка, поворачиваясь к гостье. Это была молодая статная женщина с пышными распущенными волосами и глазами такого светлого оттенка, что казалось, будто радужки вообще нет. Нос у неё был длинный, с горбинкой, и постоянно дёргался, что-то вынюхивая. Одета она была в несколько длинных цветных рубах с юбкой-понёвой, а платок завязывала не на голову, а оборачивала вокруг плеч. На поясе её висело множество ножей, амулетов, мешочков и трав. Распущенные волосы, не покрытые платком, пышной волной спускались до пояса; на голове не было ничего, кроме полоски-очелья. Сразу видно – ведьма.

— А… разве не баба Яга в байках…

— Раз Яга – так сразу баба? Глупые вы, смертные… Давно ко мне в избу живые не захаживали. – Женщина вновь принюхалась, скорчила лицо. – Мёртвым здесь, впрочем, тоже делать нечего. Зачем пожаловала, девица?

— Хозяюшка, только не серчай, помоги советом, как мне быть… Я не здешняя.

— Уж это заметно. – Хозяйка недовольно фыркнула, оглядев гостью с ног до головы. – Откуда ты такая растрёпанная?

— Я из деревни. Батюшка мой заболел, я его спасти хочу, лекарство добыть. Бабушка-знахарка сказала, что если мёртвую воду найти, то можно в Навь попасть, воду живую добыть. Я к болоту пошла, а там в отражении – девка с чёрными косами и лицом моим: насмехалась, затащила в воду… Очнулась я на берегу озера, а девки той уже и нет нигде. Увидела я огонёк, пошла за ним вдоль ручейка, вышла на избушку… Как дальше быть, где воду живую искать – не знаю. Прошу, хозяюшка, подскажи, – затараторила испуганно Ярослава.

— А знахарка твоя не сказала, что Навь опасна? Попасть-то сюда не так сложно, как уйти. А даже если уйдёшь – всё равно часть себя оставишь, прежней не вернёшься.

— Я знаю, она нам в детстве байки рассказывала о путешествиях смельчаков и необычных дарах… – Яра мечтательно выдохнула, а потом заметила пронзительный взгляд Яги и осеклась. В историях бабки Милицы всё казалось простым и понятным, добро побеждало зло, путнику всегда помогали найти дорогу. И хоть всю жизнь Ярослава боялась и страшилась всего связанного с колдовством, иногда она всё же мечтала стать героиней такой истории, чтобы не боялись её, а любили. И поход за живой водой казался ей чем-то навроде такой байки. Настоящая же Навь не походила на мир, где всё легко даётся.

— Байки она вам рассказывала, да не обо всём, даже не о главном. – В глубине глаз женщины вдруг загорелся странный огонёк, и она, глядя прямо в лицо Яре, резко дёрнулась в её сторону. Испуганная девушка отшатнулась, споткнулась и села на мешки рядом с печкой. Два мешка затрещали и пошли по шву, на пол посыпались струйками разные крупы.