Книга Сквозь облака. Том 3, страница 5 – Хуай Шан

— Это того стоило.

— Ты о чём? – поинтересовался Цзян Тин, зачерпнув ложкой бульон.

— Официальный выговор и отстранение от службы на месяц. – Янь Се указал пальцем на тарелку перед собой и повторил: – Это того стоило.

Капитан улыбнулся и подложил ему кусочек говядины. Глубоко посаженные миндалевидные глаза, прямой нос, тонкие губы – обычно Цзян Тин производил впечатление холодного, рассудительного и опытного следователя. Но теперь, сидя за обеденным столом в домашней одежде с чуть взъерошенными после сушки феном волосами, капитан выглядел совсем иначе.

После поступления на службу в полицию Янь Се съехал от родителей и до сих пор неплохо справлялся с холостяцкой жизнью благодаря крепкому желудку и усердному труду поваров и уборщицы, которые периодически наведывались к нему домой. Тихие домашние ужины были для него в новинку.

Цзян Тин не терпел беспорядка на кухне, но не видел смысла беспокоить домработницу ради пары тарелок, поэтому лично взялся за мытьё посуды. Янь Се встал рядом и принялся насухо вытирать тарелки и убирать их в шкаф.

За окном давно стемнело, на кухне горел тёплый свет, сквозь шум воды пробивались голоса из телевизора в гостиной: шла какая-то развлекательная передача.

— Ты отлично готовишь, – тихо похвалил майор. – Специально учился? Хотел кого-то удивить?

— Я ж холостяк. Если бы не научился готовить, пришлось бы постоянно заказывать доставку.

— Врёшь.

— Что ты за человек… – Цзян Тин смыл моющее средство с большого фарфорового блюда, расписанного вручную, и всучил его Янь Се. – Вру – злишься, говорю правду – не веришь.

— Не двигайся, ты капнул на рукав. Дай вытру.

— Не надо, отпусти. Ты уронишь тарелку…

— Да что тут такого…

Из крана текла вода, в раковине валялись палочки для еды. Янь Се мельком заметил шрамы на внутренней стороне запястья капитана. Брови у него дёрнулись, но выражение лица осталось прежним. Цзян Тин не обратил внимания на его взгляд, убрал тарелку в шкаф и буркнул:

— Ты чуть её не разбил!

Янь Се, сощурившись, пристально вгляделся в лицо капитана и тихо сказал:

— Завтра на обед заедут мои родители: послезавтра у меня день рождения, ха-ха-ха… – Под потрясённым взглядом Цзян Тина он сунул под струю воды палочки и приподнял бровь: – Не переживай, я предупредил их о тебе. Сказал, что мой друг из полицейской академии перевёлся в Цзяньнин и, пока ждёт комнату в общежитии, перекантуется у меня. У них вечно куча дел, они не станут допытываться.

Цзян Тин швырнул губку Янь Се, стряхнул воду с рук и пошёл прочь. Майор проследил за тем, как его силуэт исчезает в дверях гостевой спальни, затем посмотрел на палочки для еды в своей руке. На его губах по-прежнему играла улыбка, но взгляд постепенно холодел. Когда Янь Се закрыл кран и выпрямился, его чёрные, как омуты, глаза уже сверкали льдом, а между густыми бровями на переносице образовалась глубокая складка.

Утро следующего дня. У входа в жилой комплекс.

— Дорогой, как я выгляжу?

Господин Янь развалился на заднем сиденье автомобиля и, в восемнадцатый раз зевнув, вяло ответил:

— Прекрасно, прекрасно…

Шикарная женщина Цзэн Цуйцуй, она же госпожа Цзэн Цуй, никак не могла оторваться от зеркала. После долгих раздумий она наконец определилась, с какой стороны выпустить прядь волос, затем достала из косметички помаду, накрасила губы, отодвинула зеркальце подальше и ещё раз критическим взглядом окинула своё лицо. Оставшись довольной увиденным, Цзэн Цуй пихнула мужа локтем в бок.