Книга Колонна приговоренных, страница 101 – Александр Тамоников

— Помогает, — серьезно ответил Шубин.

Он уже снова надел шапку и отогревал замерзшие на ветру и морозе уши и щеки.

И снова пошли — шаг за шагом, метр за метром, отсчитывая километры. Не те километры, что уже прошли, — чего их считать-то? Нужно было считать те, что еще предстояло пройти. Женщина по имени Ядвига очнулась и встала с саней, уступив свое место вконец обессилевшей Саре. Так женщины потом и менялись. То одна, то другая уступала место в санях подругам и шла, пока не теряла последние силы и не падала в снег.

В какой-то момент деревья в лесу стали редеть. Показались прогалины из вырубленных деревьев. Видимо, гмина была уже где-то неподалеку.

— Тадеуш, — обратился Шубин к поляку. — Мы уже близко от Бжезин. Надо остановиться.

Поляк молча прошел вперед и остановил Францишека, тянувшего лошадь за уздцы. Савенков оглянулся на Глеба, и тот сказал:

— Леня, отдыхаем. Скоро надо будет выходить из леса. Мы с Вальцовым сходим и разведаем что и как, а вы пока тут побудьте. — Потом, обращаясь к Тадеушу, добавил: — Всем бы от ветра куда-нибудь спрятаться. Можете свернуть вон под те деревья?

Поляк посмотрел, куда ему показывали, и, кивнув, стал разворачивать лошадь. Та заупрямилась и никак не хотела сходить с дороги в глубокий снег.

— Ладно, оставайтесь тут, — махнул рукой Глеб и подозвал к себе Вальцова: — Пойдем, Антип. Сходим ближе к селу, посмотрим, что там делается, заодно подыщем подходящую площадку для самолета.

Глеб был прав, говоря о том, что именно им предстоит найти место для посадки самолета. Указать квадрат, в который должен вылететь самолет, не означало сидеть и ждать, когда он прилетит и можно будет загружаться. Зимой такое возможно только в своем тылу и только на определенных, расчищенных от снега площадках. А вот в тылу врага такой вариант не сработает.

Все открытые места, все поля, которые летом отлично просматриваются с высоты, сейчас были завалены снегом, и сверху летчикам не было видно, куда можно посадить самолет, а куда нет. И дело не только в снеге, хотя и в этом тоже. С занесенного снегом поля самолет не взлетит, даже если и сядет. Для этого ему нужен разбег, а его не сделаешь по рыхлому снегу. Поэтому, чтобы самолет мог спокойно сесть, а потом так же легко взлететь, нужна чистая площадка. А где ее взять зимой? Ее не расчистишь, потому что на это потребуется неведомо сколько времени. Да и чем расчищать? Руки для такого дела — не слишком надежный инструмент.

Есть только два варианта: несмотря ни на что, попробовать расчистить такую площадку самим или найти место, где снега на землю легло не так много. Первый вариант был исключительно теоретическим — это ясно. Кругом немцы, и они не дали бы маленькому отряду разведчиков возможности выполнить такую тяжелую и требующую времени работу. Летом можно было бы, конечно, найти удобную для посадки поляну в лесу, но это — летом или осенью, но никак не зимой, когда весь лес завален снегом.

Обычно удобные для посадки самолета места бывают прямо на дороге, рядом с селами или все с тем же лесом. На хорошо накатанную дорогу, по которой часто ездят машины, самолет легко может сесть и так же легко взлететь. В принципе, можно было попробовать отыскать такую дорогу, но, опять же, Глебу надо было учитывать близость к таким дорогам фашистов. У него оставался единственный вариант — найти не сильно занесенную снегом площадку неподалеку от гмины. Иногда за селом случается встретить такие места, куда ветер не так сильно наносит снег. Обычно это бывает северная сторона, откуда зимний ветер сдувает весь снег к югу, оставляя прогалины.