Книга Колонна приговоренных, страница 60 – Александр Тамоников

— Может, снаряды? Или пехоту к холму будут подтягивать? — предположил Астафьев.

— Может, и так… только вот где у этой семнадцатой дивизии пехотные батальоны стоят, мы не в курсе, — заметил Шубин.

— Наверняка в Хмельниках. Где им еще быть?

— А если их там еще нет?

— Зачем тогда грузовики? — посмотрел на Глеба Астафьев.

Тот промолчал, задумавшись. Потом осмотрелся и показал на какое-то темнеющее впереди полуразрушенное здание.

— Что там?

— Не знаю. Наверное, костел какой-нибудь разрушенный или что-то вроде того, если судить по очертаниям, — ответил Ренат.

— Давайте все туда, а там решим, что делать, — скомандовал Шубин.

— Что ты задумал? — нахмурился Астафьев. — Надо уходить, пока темно и пока…

— Я хочу узнать, куда и зачем поехали грузовики, — оборвал его Глеб. — Может быть и так, что это важно для нашего будущего наступления. Значит, я должен об этом знать. Все мы должны знать. — Он помолчал и добавил: — Просто так немцы по ночам грузовики гонять не станут.

Астафьеву пришлось согласиться с решением Шубина, и он отдал команду всем перейти дорогу и укрыться в полуразрушенном здании, на которое указал командир. Здание оказалось не костелом, как вначале подумал Ренат, а старым, наполовину каменным, наполовину деревянным православным храмом, с которого были сняты купола. Рядом с церквушкой стоял остов обгоревшей колокольни. Вошли внутрь. Глеб посветил перед собой фонариком, обшарил светом пол. И правильно сделал, так как во многих местах в полу зияли огромные дыры, в которые мог бы запросто провалиться человек.

— Осторожнее! — предупредил Глеб товарищей. — Смотрите под ноги!

Стараясь обдумывать каждый свой шаг, он прошел на другую сторону помещения, которая выглядела более-менее целой, и разведчики могли стоять и даже сидеть, не опасаясь провалиться в темную прореху на полу.

— И что дальше? — нетерпеливо поинтересовался Астафьев, когда вся группа собралась в том самом месте, которое когда-то служило алтарем и где священники проводили богослужение.

— Что дальше? Все останутся тут, а я с Алексеем пойду в город, — ответил Шубин. Видя, что Астафьев хочет ему что-то возразить, он добавил: — Ренат, остаешься за командира. Мы вернемся через час. Если не вернемся, подождете еще полчаса и уходите. Не ждите нас и не пытайтесь найти. Отправитесь до того места, где вас завтра вечером будет ждать самолет. Это приказ. — Глеб долгим и не терпящим возражений взглядом посмотрел прямо в глаза Астафьеву.

Ренат отвернулся, но промолчал, показывая тем, что недоволен приказом, но возражать командиру не станет: на командирские приказы не возражают — их исполняют.

Еще когда первые грузовики свернули с дороги в город, Глеб мысленно отметил примерное место, где они свернули. Но тогда они были еще далеко от дороги, и Шубин сомневался в правильности своего предположения. Когда же два следующих грузовика проехали мимо них, Глеб уже со всеми подробностями отследил тот момент, когда они свернули, и точное место их поворота. Поэтому он знал, в каком направлении им следует идти, и уверенно направился в ту сторону, куда, по его мнению, свернули машины.

Глеб не ошибся. Шли они с Александровым, не особо таясь, так как на них все еще была надета немецкая форма, но все же осторожно — старались не привлекать к себе излишнего внимания, если вдруг случится столкнуться с патрулем или с кем-то еще из военных. Едва свернули в ту сторону, куда ранее проехали грузовики, как увидели в одном из дворов свет. Шубин определил с ходу — это был свет от включенных автомобильных фар. В ближайших к ним домах и на улице никакого другого освещения не наблюдалось. Окна были погашены, а фонарей и вовсе не было видно, поэтому единственное, что могло светиться в темноте, — это фары машин.