Книга Сердце пустоты, страница 77 – Алиса Джукич

— Тогда пойдемте, настало время вам кое-что показать. — Адриан повернулся и сделал несколько шагов по направлению к тенистой аллее, ведущей обратно к особняку, я как послушная собачонка поплелась за ним, оставив камень на берегу.

Мы быстро миновали сад, фонтан и крыльцо, которое уже украсили белыми летами и пионами, и вошли в оживленный особняк.

Вокруг, словно в растревоженном муравейнике, мельтешили горничные и грузчики, сновавшие с коробками и цветочными композициями. Прямо у входа я заметила знакомую фигуру, нашего наемного менеджера-декоратора — Эллис. Увидев меня с Флораном, девушка на мгновение отвлеклась от планшета, на котором что-то яростно отмечала.

Я приветливо помахала ей рукой. Невысокая, с аккуратной стрижкой и в больших круглых очках, она всегда напоминала сову. Эллис часто выручала нас с Натали, когда мы зашивались в заказах в магазине, а ее отправляли контролировать ход работ на объектах и воплощение наших с подругой дизайнерских задумок.

Адриан повел меня на второй этаж, мои кроссовки заскользили по выстеленной на лестнице ковровой багровой дорожке. Поднявшись, мы свернули в левое крыло, в котором пахло пылью и стариной, словно постояльцы особняка редко сюда наведывались.

Силуэт Адриана утопал в тени, изредка попадая в солнечные лучи, льющиеся из полукруглых окон. «Питон» остановился перед двумя портретами в тяжелых золоченых рамах, висевшими бок о бок рядом с мраморными статуями неизвестных греческих богинь.

— Взгляните, — корректно предложил Адриан, дожидаясь, пока я догоню его и встану рядом. Как только я подошла ближе, меня словно под дых ударили, заставив замереть.

На левом портрете красовалась Мария Дюбуа. Ее черные длинные волосы ниспадали до самой талии, а пронзительные зеленые глаза, совсем как из моих детских воспоминаний, смотрели глубоко в душу.

— Почему в вашем доме висит портрет матери Эрика? — поглотившие меня недоумение едва не ввело в ступор.

Адриан мрачно усмехнулся, а потом протянул руку к женщине на картине и нежно погладил ее по щеке.

— А что вы видите на втором портрете? — Адриан решил взять меня в оборот, отвечая вопросом на вопрос, и у него получилось.

Нехотя оторвав взгляд от прекрасной Марии, я посмотрела направо. В бледное лицо Изабелль Маккензи, черты которой выглядели весьма знакомо. Она и Мария были похожего худощавого телосложения, обе бледные и статные, только вытянутое лицо жены Амира Флорана обрамляли ни прямые черные пряди, а вьющиеся белокурые локоны. И глаза... Боже, глаза. В этих голубых, казалось бы, бездонных омутах Изабелль проглядывала та же глубинная затаенная грусть, что и у Марии. Даже рассыпанные по переносицам у обеих женщин легкие веснушки, если приглядеться, ложились почти в одинаковый узор.

У меня рот от удивления приоткрылся, а мысли начали молниеносно сменять друг друга.

— Родная сестра? — высказала я самый логичный вариант. — У Марии Дюбуа была сестра-близнец, на которой после ее смерти женился ваш отец? Но об этом никто никогда…

Адриан перебил мою неправильную догадку, убрав руку от портрета:

— Нет, Альма. Мария Дюбуа и Изабелль Маккензи — один и тот же человек. Моя мать. Пару посещений инкогнито грамотного косметолога: удаление опознавательных родинок и преображение внешности за счет изменения овала лица, контактные линзы, работа стилиста и контроль голоса на публике, и, вуаля, перед вами новый человек из прошлого.