Книга Сердце пустоты, страница 8 – Алиса Джукич

Альму я нашел в аллее сада, глубоко погруженную в собственные мысли. Она нежно касалась кончиками пальцев лепестков живой розы, когда я спрятал ее под зонтом.

— Простите, я уже собиралась уезжать… — После странного вопроса «о демоне» смущенно выпалила Альма. Меня совсем не удивило, что и до Белроуз дошли вздорные доводы горожан, но верила ли она им?

Пока я рассуждал, девушка внезапно подорвалась с колен. Мы оказались болезненно близко друг к другу. Ее джинсовый комбинезон напоминал грязную вымокшую тряпку, а под ногтями девушки черным скопилась земля. Заметив, что я надменно разглядываю ее руки, она рывком завела их за спину и задрожала.

От холода или смущения? А может от всего сразу.

— Только заберу спортивную сумку. К слову, я взяла пробы почвы в самых загубленных участках сада, если удастся завтра с утра отвезти колбы в лабораторию университета естествознания, то это положит начало всего восстановительного процесса. Виной поголовного увядания растений могут служить редкие ядовитые сорняки, или вредители, а может… — Признаюсь, дальше я не слушал, сосредоточившись на пухлых, подрагивающих от холода губах девушки. Альма говорила без умолку, точно боялась, что, если остановится, я начну задавать вопросы, а может таким образом старалась разрядить повисшее между нами в воздухе напряжение после стольких лет привычного игнорирования

Чем пристальнее я смотрел, тем сильнее румянились ее щеки, а размазанная под глазами тушь и общий вымокший вид вызвали желание крепко обнять Альму, спрятав ее от всего мира. Как было всегда…

Резко оборвал свои мысли, пока они не зашли слишком далеко.

— Боюсь, не получится, — остановил я льющийся из девушки словарный поток.

— Что не получится? — озадаченно уточнила Альма. Она шагнула назад, но ее тут же окропил дождь, и Белроуз вернулась под зонт. От натиска стихии растения вокруг нас наклонялись к земле, а сухие ветки деревьев с протяжным стоном ломались. Альма сожалеюще посмотрела на розу, и пока я не начал объясняться, развернулась и нагнулась к цветку, вновь подставляясь под обрушающиеся с неба капли.

Она вытащила из кармана целлофановый пакет и натянула его между соседствующими с розой мертвыми стебельками петунии, соорудив для нежного цветка подобие зонта.

Умилило ли меня это зрелище? Не знаю.

Мое сердце давно зачерствело, свыкнувшись с тем, что я не достоин любви и все, кто выкажет мне подобное чувство, будут рано или поздно разбиты горем.

Мне пришлось встать к Белроуз вплотную и наклонить собственный зонт, чтобы хоть как-то защитить девушку от непогоды.

Через минуту Альма выпрямилась и вдруг странно воззрилась на меня. Ее взгляд скользнул по моей белой рубашке, задержавшись на шраме, уходящем под воротник. Я сделал вид, что не заметил ее дрогнувшего горла, и больше не стал тянуть с разъяснением:

— Уехать сегодня. Подъездную дорогу к особняку размывает от сильного дождя, требуется время, чтобы машины не буксовали в грязи. Мне пришлось оставить свой Порш на съезде с асфальтированной дороги и идти сюда пешком. — Подбородком я указал на свои ботинки и брюки, к которым налипла грязь. — Боюсь, вам подобный подвиг в одиночку не повторить, придется идти через лес, тем более уже смеркается.

— Но вы могли бы одолжить мне зонт и проводить…