Книга Фермер для городской. Стратегия очарования, страница 16 – Ксюша Федотова

— Цветы возьму, — смилостивилась она. — Они не виноваты, что их сорвал вредитель. А теперь уходи.

— Но это еще не всё! — засуетился Григорий и с глухим стуком водрузил на пол бидон, который до этого держал за спиной. — Я молока принес. Пятнадцать литров. Утренний надой!

Вика медленно перевела взгляд на огромную флягу. Потом на Григория. Потом снова на флягу. На ее лице отразилась целая гамма эмоций.

— Пятнадцать? — переспросила она шепотом. — Литров?

— Ну да, — Григорий гордо расправил плечи. — Я подумал: много — не мало.

Вика прикрыла глаза, сосчитала до трех, открыла их и снова уставилась на молочные закрома.

— Ты притащил одинокой девушке, у которой нет ни мужа, ни детей, ни, черт возьми, кота, пятнадцать литров скоропортящегося продукта? Ты думаешь, я в нем ванны принимать буду?

— Ну... — Григорий сдал назад. — Может, гости наедут? Из города?

— Какие гости?! — почти взвизгнула Вика, вскакивая со стула. — Ты мой единственный осязаемый сосед, и тебя я точно не ждала!

Она решительно подошла к бидону и ухватилась за ручку, пытаясь отодвинуть его с прохода. Металлическая дура даже не шелохнулась. Вика дернула сильнее, едва не потеряв равновесие. Эффект остался нулевым.

— Ты специально приволок сюда этот якорь, чтобы я надорвалась? — возмутилась она.

— Нет, — искренне испугался Григорий. — Я просто не подумал как-то...

— Конечно, ты не подумал! — Вика вдруг коротко хмыкнула, а в следующий миг прыснула. Настолько нелепой была ситуация, что сдерживать смех стало невозможно.

Григорий, глядя на нее, тоже не выдержал. Его басовитый смех заполнил кухню. Вика, утирая выступившие слезы, опустилась обратно на стул.

— Ой, мамочки... Ты бы мне еще мешок яиц приволок! — выдохнула она сквозь хохот.

Сосед мгновенно посерьезнел и задумался, прикинув что-то в уме.

— А надо? — спросил он со всей деревенской прямотой. — Я мигом организую, куры как раз несутся отлично.

Новый приступ смеха со стороны Вики едва не свалил ее со стула.

— Григорий, — отсмеявшись, простонала она. — У тебя вообще есть хоть какое-то чувство меры?

Он посмотрел на ее раскрасневшееся, веселое лицо и улыбнулся — той самой открытой улыбкой, от которой у Вики на секунду сбилось дыхание.

— Есть, — тихо сказал он. — Просто хотелось... ну, чтобы точно хватило.

— Уноси, — махнула она рукой на бидон. — Столько мне не одолеть, скиснет через два дня.

— Давай хоть полтора литра от обоймы отолью? — осторожно предложил фермер. — Кашу варить будешь.

Вика смиренно вздохнула:

— Ладно, полтора наливай. Остальное забирай от греха подальше.

Григорий ловко перелил порцию молока в найденный на полке глиняный кувшин, а тяжелую флягу снова закинул на плечо.

— И георгины оставь, — негромко добавила она, глядя в окно.

— Оставлю, — кивнул он, задерживаясь в дверях.

Вика исподлобья наблюдала за ним. Крупный, плечистый мужчина с бидоном наперевес выглядел комично и... на удивление уютно. Она мысленно дала себе подзатыльник, прогоняя наваждение.

— Ну, программа извинений исчерпана? — спросила она. — Напоминаю, я всё еще на тебя зла.

— Понимаю, — согласился Григорий. — За пляж действительно подло вышло. Прости дурака.

— Ладно, проехали, — Вика сменила гнев на милость. — Что-то еще?

— Еще... — он замялся, забавно переминаясь с ноги на ногу. — Я сегодня баню топить буду ближе к вечеру. Приходи.