Книга Приключение в Зиму, страница 42 – Катарина Ёлохова

— Госпожа, — мертвячка резво подскакивает с табурета, чем настораживает меня ещё сильнее, — это неправда, что вы слышали о медных драконах, — шепеляво тараторит какую-то околесицу, — мы на самом деле не каннибалы. Это всё выдумки!

Она пытается подойти ко мне, а я пячусь от неё. И только после третьего круга, который мы наматываем вокруг бронзовой ванны, я, наконец, замечаю, что совершенно голая. И как назло, под руку не попадается ничего поувесистее махрового полотенца, которое я срываю с настенного крючка и обматываюсь им на ходу. Хотя, если этот «труп чьей-то невесты» функционирует без половины мозга, боюсь, мне уже ничего не поможет.

Я краем глаза прочерчиваю траекторию к двери. Но мертвячка замечает мой взгляд и предупреждающе шелестит:

— Не стоит.

Поздно.

Я испуганной кошкой срываюсь с места. Впопыхах распахиваю резные двери. И… со всего маху врезаюсь во что-то твёрдое. Позже я пойму, что моей преградой к трусливому бегству стала широкая грудь Сотиса, того слуги. А когда звёздочки над моей головой окончательно развеются, пойму, что в «моей» комнате собралась целая делегация мертвецов.

Вот это меня занесла нелёгкая…

Глава 21 ЛИАДА

— Вам так идёт, госпожа! — произносит Мирита, восторженно рассматривая меня в отражении высокого настенного зеркала. — Всё-таки слухи значительно приуменьшают красоту потомков великих серебряных драконов, — откровенно льстит мне. Но, несмотря на её странное стремление выслужиться передо мной и сковывающий мои внутренности страх, от которого ощущаю себя ещё одним изделием Папы Карло, я мысленно соглашаюсь с этой ожившей мертвячкой.

Впервые за столько лет на мне не мешковатая рубашка, утеплённые штаны и колючие шерстяные носки с тяжёлыми ботинками. А роскошное струящееся платье с искусной вышивкой из полупрозрачных драгоценных камней, сверкающая диадема с имитацией драконьих крыльев и изящные серебряные браслеты на ногах вместо обуви.

Признаться, мне непривычно находиться во всём этом «королевском» великолепии. Я настолько привыкла к простоте, что, смотря на своё безупречно отшлифованное отражение, над которым прислуга корпела несколько часов, мне видится в нём самозванка. Нищенка, которой на краткий миг выпала возможность притвориться принцессой и насладится отголосками дворцовой жизни.

И отсюда напрашивается вопрос: «Действительно ли я заслуживаю быть той, кто смотрит на меня сквозь отражающую гладь своими широко распахнутыми светло-серыми глазами?». Ведь наследников престола готовят к их роли с самого детства. А что до меня? В душе я лишь слабая, беззащитная женщина, которая умело притворяется сильной. Смогу ли я достойно править? Взять ответственность за свой народ и защитить их от тех же дикарей?

— Вам нравится, госпожа? — вклинивается в поток моих угнетающих мыслей Велах. Её единственный светло-коричневый глаз хищно поблёскивает в полумраке запылённой комнаты. И это служит мне хлёстким напоминаем, где и среди кого сейчас нахожусь.

— Весьма, — отделываюсь коротким комментарием, на что прислуга теряет былой энтузиазм и смотрит на меня с ноткой разочарования. И пусть. Не намерена оправдывать чужие ожидания.

— Пройдёмте в обеденный зал, — учтиво предлагает Мирита. — Вы, наверное, голодны, — проговаривает с жуткой полуулыбкой на изрезанных губах, правый нижний уголок которых свободно болтается от каждого её движения. И меня передёргивает от отвращения. Не лично к ней. За несколько часов, проведённых вместе, я как-то привыкла к этим… ужасающе тошнотворным особенностям служанок. А к тому, что меня может ожидать за обеденным столом.