Книга Доктор-попаданка. Без права лечить, страница 143 – ЮЭл

Он приложил руку к сердцу, изображая оскорблённое достоинство, но его уже никто не слушал.

Алек подошёл к нам и протянул мне папку.

— Здесь документы на здание, разрешение Совета и список людей, согласившихся преподавать.

Я открыла первую страницу.

Эстер — акушерство и женские болезни.

Мариэлла — лекарственные растения и приготовление настоев.

Алек — основы анатомии повреждений и помощь при ранениях.

Я удивлённо подняла голову.

— Ты собираешься преподавать?

— Иногда, — ответил он. — Люди часто умирают до появления лекаря. Стража должна уметь хотя бы остановить кровь. Нас учили оказанию первой помощи.

Следующим в списке стоял пожилой хирург, покинувший гильдию много лет назад. Затем несколько акушерок, травниц и даже один учитель, готовый вести чтение и письмо для девушек, которые прежде не имели возможности учиться.

В самом конце было моё имя.

Аделина Рейнгард — руководитель школы, хирургия, общая медицина и организация лечебного дела.

Я долго смотрела на строку.

— Руководитель?

— Кто-то должен отвечать за весь этот ужас, — заметила Виола.

— Почему именно я?

Все вокруг неожиданно замолчали.

А потом Эстер ответила:

— Потому что ты первая из нас не просто захотела помочь отдельным людям. Ты решила изменить саму систему.

Когда я очнулась в этом мире, единственным желанием было выжить и продолжить лечить. Я не собиралась бороться с гильдией, создавать школы или менять законы. Просто не могла пройти мимо умирающего человека.

Но каждый спасённый пациент становился доказательством. Каждая ошибка гильдии — ещё одной причиной не останавливаться.

Я подняла взгляд на людей, собравшихся в холле. На Эстер, которая когда-то решила рискнуть всем ради незнакомой женщины. На Виолу, превратившуюся из осторожной ученицы в лекаря. На Алека, признавшего, что закон не всегда означает справедливость. На Уха и Элтрана, которые готовы были защищать нашу лечебницу, даже не понимая половины того, что мы делаем.

Потом посмотрела на Леонарда.

Он стоял рядом, сложив руки на груди, и наблюдал за мной с едва заметной улыбкой. Человек, который первым назвал меня ведьмой, теперь построил для меня школу.

— Хорошо, — сказала я. — Но сразу предупреждаю: учиться будет тяжело. Никаких поблажек. Никакой веры в чудеса. Только знания, практика и ответственность.

— А костры? — спросил Эсол.

— Особо ленивых буду сжигать лично.

— Тогда мне лучше не поступать, — сообщил король дорог и направился к выходу. Напоследок кинул Виоле. — Черноглазка, не убей никого.

Смех прокатился по холлу, отражаясь от ещё пустых стен. Рабочие у входа тоже улыбнулись, хотя вряд ли слышали весь разговор.

Эстер подняла руку, дожидаясь тишины.

— Тогда позвольте мне представить Аделину Рейнгард, — произнесла она. — Основательницу и первого руководителя школы, где женщинам больше не придётся скрывать свои знания.

Я хотела остановить её, но не успела.

Кто-то начал хлопать. Первой, кажется, Виола. Затем к ней присоединились остальные. Звук постепенно усиливался, заполняя просторное помещение.

Я стояла посреди холла, не зная, куда деть руки. Никогда не любила публичную благодарность. В прошлой жизни аплодисменты доставались артистам, спортсменам и политикам. Врач обычно получал короткое «спасибо», а иногда — жалобу, если шрам оказался слишком заметным.