Книга Влюбленный Уайльд, страница 18 – Элоиза Джеймс

У Уиллы никогда и в мыслях не было покупать гравюры с изображением лорда Уайльда. Точнее, лорда Аларика. И гравюры Лавинии ей, конечно, ни к чему.

— Правильно, — сказала она, — думаю, их будет легко пристроить. Давай найдем твою мать.

— Он понял, что это был только предлог, — сказала Лавиния. — Я знаю, ты не очень высокого мнения о его книгах, но уверяю тебя, описания приключений лорда Уайльда куда более захватывающие, чем ты думаешь.

Уилла не стала спорить.

— Не сомневаюсь, что ты права.

Лакей принес поднос со стаканами тошнотворно сладкой ратафии.

— Эх, хорошо бы девушкам разрешалось пить больше одного бокала шерри, — со вздохом сказала Лавиния.

— Сезон закончился, — ответила Уилла. — Теперь мы можем позволить себе чуть больше.

И она послала лакея принести им вместо ратафии еще шерри.

— Хорошо, что мама тебя не слышит, — сказала Лавиния, очень довольная.

— Не ты одна терпеть не можешь ратафию. У меня к этому напитку примерно такие же чувства, как у Дианы к лорду Роланду.

— Ты только посмотри на Диану, — сказала Лавиния. — Ее лицо передает невыносимую муку!

Воображение Уиллы было блеклым по сравнению с богатой фантазией Лавинии, поэтому она обычно обращала мало внимания на ее причудливые описания. Но сейчас Уилла послушно повернулась и посмотрела на Диану, стоявшую в другой части гостиной, и попыталась разглядеть признаки этой самой муки. Во время сезона они провели вместе довольно много времени, поскольку Диана и Лавиния были дальними родственницами, но почему-то у нее не было ощущения, что она узнала Диану поближе. Прямо сейчас Диана была бледна, впрочем, она всегда отличалась фарфоровой белизной кожи. После того, как лорд Роланд влюбился в нее с первого взгляда, молва утверждала, что решающую роль в этом сыграл цвет ее лица.

— Возможно, она просто плохо спала, — предположила Уилла.

Лавиния замотала головой.

— Ужасно несправедливо, что она заполучила лорда Роланда, ведь совершенно ясно, что он ей не нужен. Хотела бы я, чтобы будущий герцог влюбился в мой цвет лица. Это такое чистое чувство! Я подозреваю, что большинство мужчин, которые сделали мне предложение, испытывали менее утонченные влечения.

С этим Уилла была согласна. Поклонникам Лавинии было трудно отвести взгляд от ее груди, и на то была веская причина.

— Я наблюдала, как лорд Роланд разговаривал за завтраком с Дианой, и его мотивы точно не невинны. В его глазах читалось желание.

В это время лакей принес шерри.

— Спасибо! — поблагодарила его Лавиния. — Мы не можем исключить возможность, что он испытывает похоть к ее парику, а не к ней самой, — заявила она, морщась. — Думаю, я бы не смогла быть с мужчиной, который так серьезно относится к своей одежде.

Лорд Роланд определенно был щеголем с головы до ног, точнее, с высокого парика до золотых каблуков. Этим вечером на нем был камзол из вишневой саржи, расшитый серебром. Большинство мужчин в одежде таких цветов выглядели бы женоподобно, но его спасали черные брови вразлет — они придавали ему суровость. Каким-то удивительным образом его до нелепого пышный парик только делал его еще более мужественным.

— У меня такое впечатление, что он накрасил губы, — добавила Лавиния.

Губы у его светлости были глубокого красного цвета, но такой оттенок мог быть и природным.