Книга Одна на двоих, или Отпускной переполох, страница 86 – Алиша Михайлова

— Вы серьёзно? Опять?

— Абсолютно, — сказал Алекс.

— На все двести, — подтвердил Рей.

Я перевела взгляд с одного на другого и вдруг поняла: я сказала «да» задолго до этого дня. Когда красное платье упало на пол. Или когда ведро коктейля вылилось на мою голову, а красавец с разными глазами подавился фруктом. Хотя, какая теперь разница?

— Да, — сказала я. — Опять да. За обоих.

Рей издал победный вопль, который, кажется, было слышно в соседней галактике. Алекс открыл коробочку и надел мне на палец кольцо, тонкое, с камушком, который светился в темноте, как цветы.

— Это с Проксимы, — сказал он. — Чтобы ты помнила: здесь твой дом.

— У меня теперь два дома, — ответила я. — Здесь и на Земле.

Крабы зааплодировали. Я не знаю, могут ли крабы аплодировать, но эти с Проксимы могли.

Позже, когда мы вернулись в нашу комнату и завалились на огромную кровать, я вытащила из сумки новую книгу. «Эльф-раб и магический контракт». Рей, увидев обложку, тут же ожил и попытался её отобрать. Я предусмотрительно спрятала её за спину.

— Катя! Ты опять читаешь эту хрень⁈ Что на этот раз? Эльфы в цепях?

— Не в цепях, — поправила я. — В магическом контракте. Это разные вещи.

— АЛЕКС! ОНА ЧИТАЕТ ПРО ЭЛЬФА В КОНТРАКТЕ! ЭТО НОРМАЛЬНО⁈

Алекс, не отрываясь от журнала, ответил:

— Вполне. Магический контракт это серьёзное обязательство.

Рей ткнул пальцем в книгу:

— А цепи там будут?

— Будут, — я перелистнула страницу. — Но позже. Эльф должен заслужить доверие.

— Я ТЕБЕ ДОВЕРЯЮ, ДОК! НО ЦЕПИ⁈ МЫ ТАКОЕ НЕ ОБСУЖДАЛИ!

— Рей, — Алекс поднял глаза и чуть улыбнулся. — Параграф семь-три-два не предусматривает цепей.

— АЛЕКС! — хором сказали мы с Реем.

Мы устроились на кровати, огромной, наконец-то вмещавшей всех троих. Я посередине, Алекс у окна, Рей с краю. Моя голова лежала на плече Алекса, его пальцы рассеянно перебирали мои волосы. Рей придвинулся ближе, заглядывая в книгу через моё плечо, и время от времени отпускал комментарии, от которых я то смеялась, то закатывала глаза. На тумбочке лежала коробка конфет, уже наполовину опустошённая, и стояли ночные цветы, которые мягко светились в темноте.

Я клялась не влюбляться в мужчин, инопланетян, и уж точно в двоих сразу. Клятвы они такие. Стоит их произнести, и космос начинает ржать. Пусть ржёт. У меня теперь есть рыжий нахал в гипсе и молчаливый учёный с параграфом. А ещё новая книга, завтрак в постель, любимая работа и вся жизнь впереди.

Кажется, это называется хэппи-энд.