Книга Счастливчик, страница 166 – Татьяна Солодкова

Уверена, ты догадываещься, почему всех отправили в шахту. Беру на себя смелость утверждать, что успела тебя немного узнать. Поэтому полагаю, что ты считаешь себя виноватым в нашем положении. Не нужно. Я разговаривала с теми, кто провел здесь не один год, и узнала, что это не первое переселение под землю, твой визит был лишь очередным поводом. Время от времени эта сука (зачеркнуто) прости ради бога (зачеркнуто) Изабелла демонстрирует свою власть и напоминает, кто есть кто, отправляя людей вниз на несколько недель. Никто даже не удивился. Если бы не Рози… Ты ведь, наверняка, слышал о Рози? Думаю, слышал, дурные вести быстро расходятся.

В нашу встречу я все еще верила, что все обойдется, поэтому не стала тебе ничего говорить. А зря, теперь я это понимаю.

Все началось в первые же дни нашего пребывания здесь. Видишь ли, тут соотношение мужчин и женщин — примерно одна к двадцати. До тридцати лет — всего пять девчонок. Ди — самая молодая и привлекательная (хотя бы потому, что еще не успела пробыть здесь достаточно долго).

Мужчины начали сразу же оказывать ей знаки внимания. Некоторые аккуратно, прощупывая почву. Другие — нагло. С теми, кто совсем не понимал человеческих слов, разбирались по очереди Дилан, Джонатан, Эд. Женщины, которые тут давно, говорят, что, если бы Ди выбрала одного местного и вступила с ним в отношения, остальные бы унялись. Но, ты сам понимаешь, не выбрала. И стало хуже.

Нет, пока ребятам удается ее защищать, и охрана, когда замечает, отнюдь не приветствует насилие. Но люди здесь слишком долго. Некоторые — пять-семь лет. Им больше нечего терять, как они считают. "Мы трупы, — сказал как-то один такой, — честь и порядочность — для свободных, а я имею право брать все, до чего могу дотянуться".

Ну, как-то так.

Ди почти не спит, стала похожа на собственную тень. Ей не дают прохода, ее караулят за углом. У Дилана уже просто не успевает заживать лицо… И это при том, что Ди перестала ему о чем-либо говорить. Вообще почти не говорит, даже со мной.

Она очень боится, что кого-то из наших убьют из-за нее. Или, что, по-моему, более вероятно, что Дилан кого-нибудь прикончит. Не знаю, известно ли тебе, но в случае убийства виновного тут расстреливают. Таков порядок.

На днях Эд еле оттащил Дилана от одного парня, который силой пытался зажать Ди в одном из неосвещенных коридоров.

А вчера она так смотрела на кухонный нож, что я по-настоящему струхнула. Даже не знаю, чего боюсь больше: что Ди что-нибудь сделает с собой, чтобы не подвергать близких опасности, или что возьмет этот нож с собой и вгонит в глаз обидчику. Смерть за смерть, помнишь?

Я рядом с Ди очень много лет и хорошо ее знаю. После смерти Клары я пыталась заменить ей мать, как могла. Вышло не очень, знаю, но сейчас прошу тебя за нее, как за свою дочь.

Видишь ли, все не так просто. Наверное, я не должна тебе этого говорить, и она меня не простит, если (зачеркнуто) когда узнает, но я хочу, чтобы ты все понимал от начала и до конца. Дело не только в том, что сейчас происходит, но и в предыстории.

В прошлом году "Старая ласточка" нуждалась в ремонте. Ремонт занял больше времени, чем предполагалось, и мы застряли на Новом Риме почти на два месяца: в другое место уже бы не долетели, а оригинальные детали, которые ничем не заменить, доставляли с Клирка больше месяца.