Книга Синий туман, страница 75 – Татьяна Солодкова

— Вот же черт, — комментирует Джек и, кажется, наплевав на боль в раненой руке, сильнее сгибает локоть, чтобы зафиксировать на нем мою ладонь, и сворачивает в ближайший переулок.

У него запрещенное оружие, понимаю, а еще ничем, кроме моего плеча, не прикрытая дыра в рукаве куртки. Стоит копам к нам прицепиться, логичные объяснения придумать будет непросто.

— А вдруг это честные полицейские, и им можно заявить о торговле людьми? — Тоже ускоряю шаг, чтобы не отставать.

— Можешь подойти спросить, вдруг их стошнит на тебя радугой, — любезно предлагает Джек. Корчу ему гримасу. — Сюда. — Распахивает дверцу неприметного кафе с блеклой вывеской и практически силой вталкивает меня внутрь.

Ну, то есть я думаю, что вталкивает внутрь кафе, но вижу лишь узкую темную лестницу. Надо понимать, само заведение с кружкой кофе и стертым от времени коротким названием на вывеске находится в цоколе, куда еще предстоит спуститься.

Если ноги не переломаю, ага, потому что в потемках спотыкаюсь уже на второй ступеньке.

— Да смотри же ты под ноги! — шипит Джек, вовремя ухватив меня за плечо.

— Я не виновата, что тут темно, как в заднице! — огрызаюсь, стараясь снова не наступить мимо ступеньки.

Джек догоняет и, протянув руку над моим плечом, первым толкает узкую дверь на шарнирах. Звенит колокольчик, длинный язычок которого, для полного счастья, еще и прилетает мне в лоб. И это с моим-то ростом! Прямо-таки полоса препятствий какая-то.

В кафе значительно светлее, чем на лестнице, но все равно мрачно. Узкие давно не мытые окна, за которыми видны ноги проходящих мимо пешеходов, дают слишком мало света, а искусственное освещение отключено.

Посетителей в такой ранний час еще нет. С десяток дешевых пластиковых столов с ободранными столешницами и такими же стульями девственно пусты. В углу сиротливо дремлет робот-официант с выбитым глазом, а за стойкой, взгромоздившись на высокий барный стул и облокотившись локтем на столешницу, спит фиолетововолосая девица с колечком пирсинга в носу и кучей цветных татуировок на открытых руках.

Услышав звон колокольчика, девушка-бармен лениво приподнимает голову и подслеповато моргает.

— А-а, посетители… — рассмотрев нашу парочку, снова расслабленно подпирает кулаком щеку и блаженно прикрывает глаза. — Утро доброе. Добро пожаловать в «Рай». Бла-бла… — В конце ее речь становится бессвязной.

— «Рай», ну надо же, — бормочу, проходя мимо.

Теперь хотя бы знаю, что написано на облезшей вывеске, говорила же: что-то короткое.

— «Ад» на соседней улице, — вкрадчиво сообщает мне Джек и уверенно проходит к дальнему столику под окном.

Плетусь следом, садимся. Стол вроде бы чистый, просто ободранный. Приглаживаю пальцем наполовину слезшую со столешницы наклейку. Кажется, это старая афиша или объявление: на обрывках бумаги угадываются какие-то цифры и что-то цветное.

Душновато. Тянусь к кепке, касаюсь козырька, но снять не решаюсь — вдруг тут есть камеры.

— Снимай, камер нет, — разрешает Джек и сам сбрасывает капюшон на плечи.

С облегчением сдергиваю головной убор и бросаю его на соседний стул, куда уже пристроила сумку.

Берусь за край столешницы, чтобы придвинуться к ней ближе вместе со стулом, и замираю. Что это? Жвачка?! Морщусь и пытаюсь соскрести с пальца розовую субстанцию, в которую только что вляпалась.