Книга Душа королевского замка, страница 7 – Татьяна Солодкова

— Ты думала о Саре?

Вот как Кайлу удавалось быть пошляком, бабником, шутом… и одновременно таким чутким?

Кейра посмотрела другу прямо в глаза.

— Да, — ответила правду. — Я думала, как хорошо, что она умерла до того, как кто-то взял кусочек ее личности и сделал из нее кухарку, или секретаря, или…

Кайл не дал ей закончить, молча притянул к себе и крепко обнял, на этот раз без пошлых шуток или намеков — по-братски.

Кейра шмыгнула носом ему в плечо, но так и не заплакала.

Открывшаяся дверь задела брошенную пустую бутылку, и та со звоном покатилась по деревянному полу; остановилась, столкнувшись с ножкой стола. Кейра вздохнула и вошла внутрь.

В воздухе витал запах алкоголя. Помимо бутылки, на полу обнаружились осколки кувшина и тарелки. Картину завершали опрокинутый табурет и пролитое прямо на скатерть молоко.

— Кейра, это ты?! — хрипло донеслось из соседней комнаты.

— Да, пап! — крикнула она, притворив за собой дверь.

Снова. Опять напился. Если отец Кейры ещё сумел как-то пережить смерть жены, то кончина младшей дочери подкосила его окончательно. Сколько уже он обещал, что это был последний раз, но снова и снова искал утешения в бутылке.

Кейра заглянула в гостиную. Отец лежал на диване, даже не потрудившись разуться. Отросшие седые волосы разметались по мягкому подлокотнику.

Она замерла в дверях. Хотелось накричать на него, напомнить об обещаниях, спросить зачем. Но Кейра молчала — пустое. Сколько можно бегать по кругу?

— Дочка, я там молоко, кажется, разлил.

— Я уберу. Ты бы пошел к себе, внизу ночью холодно, — отец попытался подняться, покряхтел и снова бессильно упал на диван. — Помочь?

Она уже сделала шаг по направлению к нему, но отец только отмахнулся.

— Мне тут удобно. Одеяло принеси только.

Кейра кивнула, скорее, самой себе, потому что отец не смотрел в ее сторону, и направилась вверх по лестнице. Почти полностью истраченный резерв требовал сна, а не ссор и препирательств.

Набросив на отца одеяло, Кейра вернулась на кухню, собрала бутылки, подмела осколки посуды. Потом села за стол, оперлась локтями на столешницу и спрятала лицо в ладонях. Пока магия с тобой, она не ощутима и воспринимается как само собой разумеющееся, а когда ее запас истощается, то чувствуешь себя так, будто лишился части себя.

Наконец Кейра собралась с силами, встала, потушила световой накопитель и направилась наверх в свою комнату.

— Дочка, это ты? — донеслось с дивана, когда она проходила мимо.

— Да, пап.

— Аааа, — голос полный разочарования. — Не та дочка…

Опять старая песня. Сара была его любимицей, копией рано ушедшей из жизни матери; отец баловал ее и души в ней не чаял. «Мой нежный цветок», — так он любил ее называть. А в Кейре нет ничего общего ни с нежностью, ни с цветами.

— Кейра, выпей со мной! — крикнул вслед отец, когда она уже поднялась на несколько ступеней.

Кейра только крепче сжала пальцами деревянные перила.

— Спи, пап!

Он что-то ещё невнятно забормотал, но Кейра не стала слушать, ушла.

* * *

— Я спрашиваю, как это могло произойти?!

Кейра и Кайл вытянулись по струнке перед столом начальника. Франсиск негодовал… Нет, не так — Франсиск рвал и метал. Его и без того небольшие глаза на круглом одутловатом лице превратились в щелки, а само лицо раскраснелось.