Книга Натуральный обмен, страница 199 – Татьяна Солодкова

Рейнел одарил меня яростным взглядом, ясно говорившем, что ему хочется меня стукнуть за мои выходки, но возражать не стал, также прекрасно понимая, что любое лишнее слово будет немедленно доложено императору его людьми.

Я быстро прошел к нужному домику и постучал, только сейчас осознав, что мне могут и не открыть. Ясное дело, вытаскивать никого силой я не стану.

Но опасался я зря, дверь отворилась почти сразу. Естественно, Дара тоже слышала лай и стук копыт.

— Ваше величество, — женщина присела в неловком подобии реверанса.

— Не надо, — попросил я, опасаясь, что она начнет кланяться, как здесь принято.

Дара выпрямилась, но стояла, опустив голову и сгорбившись, будто ждала кары. От откровенного страха женщины мне стало не по себе, и идея приехать сюда уже не казалась такой блестящей, как сначала.

Атмосферу разрядила Нюся, она выскочила откуда-то из глубины домика и бросилась ко мне.

— Ты приехал! — девочка немедленно завладела моей рукой, потом обернулась к матери и показала язык. — Я же говорила, он хороший.

От вольности дочери с иностранным королем, Дара побледнела, как мел, и даже спустила дочке хамство по отношению к ней самой.

— Все нормально, — улыбнулся я, прежде чем она успела что-либо сказать. Присел на корточки, чтобы мои глаза были на уровне с глазами девочки. — Познакомимся еще раз, а? Меня зовут Эридан.

Нюся расплылась в восторженной улыбке.

— И ты король!

— Угу, — подтвердил я, — и я король. Я решил все дела с его величеством Георгом, и теперь возвращаюсь домой, поэтому хотел попрощаться и поблагодарить тебя и твою семью за гостеприимство.

— Что вы, не за что!.. — испугалась Дара.

— Поверьте, есть, — возразил я, выпрямляясь, — вы не знали, кто я, подозревали, что я мог оказаться беглым или преступником, но, несмотря на это, не отказали мне в приюте.

Дара смущенно покраснела, не зная, что сказать. Тут ее взгляд упал на мои запястья, раны уже зарубцевались, повязки сняли.

— Уже зажили, — робко улыбнулась она.

Я автоматически потер запястья, заживая, они ужасно чесались.

— Спасибо вам еще раз за все, — сказал я, собираясь уходить. И передайте Харесу мою благодарность. Я надеюсь, у вас все будет хорошо, — я отцепил с пояса тяжелый мешочек с монетами и протянул растерянной женщине. — А это возьмите.

— Что вы?! Зачем? — испугалась она, но подхватила мешочек, который я практически силой впихнул ей в руки. — Нам и тратить некуда, мы ведь... — слово «рабы» повисло в воздухе.

— Я думаю, вы найдете, куда потратить деньги, — пообещал я, извлекая из-за пазухи еще один подарок: свиток с печатью императора.

Дара обмерла. Навряд ли, она умела читать, но как выглядит желанная и в то же время запретная «вольная» знает любой раб.

Когда я высказал свою просьбу императору, он целую минуту смотрел на меня, как на умалишенного. Зачем мне приспичило освобождать каких-то там рабов, он понять не мог, но для него это было сущей мелочью, потому и не отказал. Собственноручно написал «вольную» и заверил личной печатью.

— Но как же... — прошептала Дара, принимая у меня бесценный свиток дрожащими руками.

— Спасибо вам за все, — еще раз поблагодарил я, потрепал Нюсю по соломенным волосам и поспешил ретироваться.

— Господи, «вольная»! — услышал я уже за спиной то ли крик, то ли плач. Радость, восторг, удивление в одном слове.