Книга Забракованные, страница 147 – Татьяна Солодкова

Мэл не сдержалась и усмехнулась — как точно сказано.

Монтегрейн, тоже чуть улыбнувшись, пожал плечами и отвернулся, словно почувствовав, что ей неуютно под его пристальным взглядом.

— Я хотел бы пригласить вас составить мне компанию.

Амелия вскинула голову.

— Куда?

— Я немного занимаюсь благотворительностью. Нужно посетить подопечные учреждения. И… — Пауза. — Если я приеду с женой, это будет уместно.

Показательная акция их ещё очень недавнего, но счастливого брака, он хотел сказать? Что ж, ей нечего было на это возразить. В отношениях напоказ прошла половина ее жизни.

— Конечно. От меня что-то требуется? Определенный наряд, прическа? Как-то по-особенному себя вести, что говорить?..

Она не закончила — Монтегрейн слишком резко повернул к ней голову, и Мэл осеклась.

— Что за бред? Я же не вас везу выставлять на торги.

Мэл захотелось зажмуриться. Опять. Опять она рассудила неверно и повела себя так, будто перед ней Эйдан Бриверивз. Кажется, Амелия начинала понимать, почему ее покойный муж так ненавидел Рэймера Монтегрейна — между ними не было ничего общего.

— Простите. — Отвела взгляд.

— За что? — и снова прямой вопрос.

И правда, за что? За неверную оценку ситуации или за то, что вышла за него замуж, чтобы получить деньги и помочь Гидеону отправить его на эшафот?

Не найдясь, что ответить, Амелия лишь пожала плечами.

— Поедем завтра после завтрака, — сказал Монтегрейн и, кажется, собирался подняться.

— Завтра?! — Мэл снова вскинула голову. Вероятно, именно завтра СБ и попытается с ней связаться. Гидеон же ясно сказал: неделя.

Мужчина задержался, нахмурился.

— А что не так с завтра?

— Завтра я должна забрать платья у господина Линча. Он сказал, все будет готово дней через пять-шесть и мне следует приехать на примерку.

— Точно. — Монтегрейн заметно расслабился. Поверил, что это единственная причина. — Да, вы правы. Если заберете завтра, у вас будет больше выбора для поездки.

Можно подумать, для нее имело значение, куда и в чем ехать.

— Спасибо. — Амелия выдавила из себя улыбку.

Рэймер одарил ее задумчивым взглядом и встал.

— Тогда договорились. Поедем послезавтра. Я скорректирую планы.

Мэл кивнула, тайком выдохнув с облегчением. Теперь оставалось только дождаться известия от главы СБ, а потом… Боги, она понятия не имела, что потом, и как ей удастся снова остаться в городе без сопровождения.

Монтегрейн дошел уже до выхода из беседки, как вдруг остановился. Обернулся.

— Зачем вы прячете надпись на скамье? Вы правда думаете, за двенадцать лет я ее ни разу не видел?

У нее кровь прилила к щекам.

— Я…

— Это была любимая беседка Анабель, — спокойно произнес Монтегрейн.

И вышел.

А Амелия убрала подол платья с выдавленных на сидении букв и еще долго смотрела в кривую надпись.

5 лет спустя после свадьбы Эйдана и Амелии

Особняк Бриверивзов, Цинн

Сухие жесткие пальцы крепко сжали ее запястье. Амелия бросила взгляд на сосредоточенно считающего пульс целителя и отвернулась. Надоело, устала. Она будто попала в какой-то бесконечный ночной кошмар, который все повторяется и повторяется, вместо того, чтобы, наконец, закончиться.

Впрочем, после той одной единственной неудавшейся попытки закончить этот «сон» она не пыталась. Эйдан доходчиво объяснил, что если ей удастся «улизнуть» от него таким способом, то тогда никто не помешает ему отыграться на тесте.