Книга Осколки будущего, страница 286 – Алевтина Варава

— Всё верно, – кивнула зелёная русалка. – Тебя путает религиозный окрас, который эти термины приобрели после заговора царей. А меж тем в них нет ничего неестественного. Несколько тысяч лет после успеха эксперимента Мастера души отделялись от него при рождении младенца и возвращались обратно, когда тело выходило из строя. Но души – особые субстанции, уникальные. Они обладают свободой воли, неподвластной колдовству никакого уровня. Численность человеков росла, что ни день они наводняли Мастера коктейлем разномастных эмоций – отпечатками прожитых жизней. В 1980 году до нынешней эры он вычленил треть своих вирусов и заключил в Рай в III-м измерении, изолировав себя от круговорота фантомов. Мастер избрал среди людей смотрителя, нарёк его Господом Богом и поселил там, абсолютно устранившись от всех загробных процессов. С тех пор Рай – единственный источник душ, и туда они попадают чистыми, отпустившими прожитое в Аду. Часам Тан, согласно книге Даномия, подходят для привязки даже переродившиеся. Это, конечно, несколько странно, ведь они уже не имеют с тем периодом ничего общего, но…

— Где находится Жанна сейчас? – прервала теологические откровения Жаклин. – Нам следует спешить.

— А вот этого я не знаю, – вздохнула Бантик.

— Выйдем на неё через кустиков? – предложила Тина.

— Трустопорчатые лилипоидные сутофиалочные диктапоны не возвращаются к своей хозяйке, они просто собирают в Днепропетровске и отправляют к ней подходящих людей.

— Кстати, глупый вопрос: почему опять там? – вклинился Ника.

— Этого не написано.

— Может, она и сама, подобно прочим, у вас? – предположила Маргарет.

— Это не важно. Мы же не понимаем, где именно. Остаётся уповать на зеркало Натали.

— Мне лучше работать с ним в реальном времени, – кивнула жрица Храма Луны, – с привязкой больше шансов на успех. А вы пока гоняйте этих трустопорчатых… эти кусты.

Но для начала Ане и Тине предстояло наведаться домой и быть подвергнутыми полному скепсиса и недоверия допросу. Сошлись на отрицании: сами ничего не видели, но все и правда рассказывают небывальщину.

— Это же выпускной, – говорила Аня в гостиной, – каждый пил алкоголь. Немного перебрали и…

Здесь она запнулась: за спиной мамы и Елизаветы Афанасьевны, которым она это сочиняла (согласно плану, Красота должна была поддакивать), по телевизору с выключенным звуком транслировали разгул очередного кустика где-то на набережной. Сюжет смонтированный, значит, это уже было. И это – в новостях!

Мама обернулась, поймав её взгляд, и немедленно усилила звук.

«Без комментариев!» – орал в дёргающуюся камеру губернатор, проносясь в предрассветных сумерках в здание областной администрации. Попытки журналистов услышать хоть от кого-то объяснения успехом не увенчались.

— Анжел, пять утра, – пробормотала Тина, – мы пойдём спать. Всё равно ничего не понятно.

— Да, – рассеянно кивнула мама, обескураженно переключая каналы в поисках других экстренных новостей.

* * *

— Это просто за гранью! – злостно шептала Аня в своей комнате, стягивая выпускное платье. – Какой-то враг-дебошир! Они всегда раньше заботились, чтобы люди ничего не замечали! Катастрофа.

— Не наши проблемы, – устало заметила Тина. Она уже сняла экстравагантный праздничный комбинезон-бандо, переоделась в удобный спортивный костюм и оставила Тень спать внизу. – Теперь главное – самим не засветиться.