Книга Осколки будущего, страница 304 – Алевтина Варава

— Она должна была ненавидеть свою мать, – сглотнула Тина.

— О да. Она её ненавидела. Её и всю систему, в которой люди – лишь винтики государственной машины. И ценны, только пока выполняют свою функцию и не вредят.

— В любом государстве на уровне управления люди – лишь винтики, Бэлла. – Аня вздрогнула. Это сказал бог бриттов – тот, который сидел около Кристины. Второй, с которым принцесса Авелилона путешествовала по прошлому, усмехнулся. – И, если собрать их неверно, идея отнять власть может обернуться Церковью, – продолжал первый.

— Я не говорю, что меняла мир ради людей. И даже не говорю, что пошла по верному пути. Просто кто-то недоглядел за парой винтиков, – елейно добавила она, – и дал мне шанс. Хотя бы пробовать. В любом случае, – Чёрная Вдова отвела насмешливый взгляд от домино Данкана, – я рассказываю вам о Жанне, а не о себе. У нас… были разные устремления.

— Вильгельм потратил несколько дней, но смог отыскать мадам д`Эврэ, – продолжила Красота. – А ещё он обратился к домино тартессийцев по поводу Альманаха. Но получил от ворот поворот. У нас оставались магические штуки друидов и серьёзные сомнения, по поводу того, что они помогут против Кораблика. И тогда я попросила Вильгельма узнать у богини Мирры о махаджанападской спящей деве. Та несказанно удивилась, что кто-то знаком с этой тайной историей и помнит её до сих пор. Оказывается, дева существовала, просто очень-очень давно. Её подопечная очнулась ещё в 107 году до нашей эры и пропала. Но заинтересовавшаяся Мирра помогла наместнику британского властелина получить дурманное снадобье, которым когда-то поили спящую её кудесницы. Деву Мирре доверило пространство. Так она объяснила Вильгельму. Был 1103 год до нынешней эры, пространство вокруг обрело голос и лик и поручило домине покой девы и её защиту. А придворных кудесниц обучило варить эликсир, съедавший «боль прошлого», как выразилось пространство. За основным ингредиентом для него следовало спускаться в Ад, но после того как дева пропала, в хранилищах Мирры остался неиспользованный туман, добытый над водами Леты. Спящую опаивали больше тысячи лет, пока её не пробудила неизвестная в клобуке и не увела за собой. Рецепт также сохранился. Зелье сварили для царя по просьбе домины вновь.

— Я, кстати, не поняла, почему он слушался вас и не боялся исчезнуть, – отметила Мэри-Лин.

— Мы сказали Вильгельму, что Жанну нужно лишить памяти, чтобы она оживила Бэллу силой принадлежащего ей артефакта, – объяснила Тутэлла. – И умолчали, что это сотрёт с лица земли весь известный ему мир.

— Мы подсунули ей стакан с помощью Ворот, – продолжала Красота. – Туда налили и Миррин эликсир, и все друидские настои. Жанна выпила его и отключилась, а потом мы в неё закачали ещё литра два этого пойла, применили вампирьи камни, сожгли какой-то веник.

— Короче, когда Жанна проснулась – она вообще не соображала, кто такая, – подхватила Тутэлла. – Согласилась отмотать время на эти две недели. – Страж опустила глаза и вдруг умолкла, закусив нижнюю губу.

— Что? – спросила Аня. – Что такое?

— Им нужен был кто-то, кто родился утром восемнадцатого июня, – произнесла Натали, и от её слов по коже принцессы Авелилона побежали мурашки, вызванные уже не видом своего двойника и не воспоминаниями о пылающем Берлине.