Онлайн книга «Осколки будущего»
|
— Вытатуирован под хвостом, – буркнула Селена, – можете взглянуть! – Потом немного смягчилась: – Посмотрите там, Ваше Величество. Где-то должен быть записан. В дневнике, среди телефонов подружек, например. Аня вошла в комнату и попыталась отыскать в завалах на столе школьный дневник. Селена продолжала канючить: складывалось впечатление, что Тина сейчас то ли расстреливает из автомата оголодавших детей Африки, то ли растлевает несовершеннолетних мальчиков из духовной семинарии. Аня выдвинула ящик, взяла какой-то листок. Поверх плотной желтоватой бумаги с изогнутыми краями ровными кругленькими буковками было выведено: «Луна и солнце одиноки, Ведь между ними ночь и день. Их чувство отрицают боги, Их вечно разделяет тень. Так жаль их. Долгими ночами И я один, как и они. А также солнечными днями Я тоже мучаюсь вдали. Мне без тебя не нужно неба, Не нужно солнца и луны, Не нужно ни воды, ни хлеба – А только капельку мечты. Ты убегаешь не прощаясь, Ты говоришь повременить. А я тобою лишь питаюсь, Лишь для тебя хочу я жить». «Ух ты, какой Лапочка романтичный!» – восхитилась Аня. И всё ещё не бросил свои смешные опасения. Переживает. Вот же упрямый дурачок, но это так мило! А Ника никогда не сочиняет ей стихов. Зависть была белая, но всё же промелькнула. Аня положила листок на место: внизу стопки углядела сиреневую обложку дневника, который сама отыскала для Тины прошлым летом. На картинке томно взирали друг на друга анимешные Гелиос и Чибиуса – персонажи, напророченные Наоко Такэути отцом Артура. Символы взаимной любви всегда у Тины перед глазами, а Эрру выводит упаднические рифмы. Глупыш. Аня пролистала потрёпанный дневник и действительно обнаружила в нём номер Марианны. Со скуки на уроках школьники, как правило, заполняют все предложенные поля от корки до корки. — Алло, – откликнулся тоненький девчоночий голосок, когда она набрала цифры. — Привет, – поздоровалась Аня, – это сестра Тины Карасёвой. Мы её потеряли. Она ведь у тебя? — Она, – смешались на том конце, – она… да… нет… она была у меня, да. А сейчас ушла в магазин. Мы уничтожили всё сладкое. — Попроси Тину позвонить маме, – сказала Аня, – она волнуется. У Тины сел телефон. — О… ок, да, она забыла зарядное, а моё не подходит. Ну… ну пока. — Вам соврали, – строго заявила Селена, – Марианна не видела Их Высочество. — Поспи, параноик. У меня нет времени на твой бред: скоро приедет Ника, нужно привести себя в порядок. Аня оккупировала ванную, устроив в ней спа-салон, полный аромамасел, лосьонов и кремов. Теперь она подолгу готовилась к таким встречам – и наконец-то чувствовала себя настоящей женщиной. В день, когда принцессе Авелилона исполнилось восемнадцать, Ника прекратил разыгрывать праведника. Но не минутой ранее: юридические справки о возрасте согласия[144], многогранную теорию о поправке на время, проведённое в Воротах, и настоящий доклад о брачных традициях в разных странах и в разные века он слушал лишь с лёгкой улыбкой. И своего стоического решения не менял. Зато, едва его будущая жена стала совершеннолетней, весь пыл двухгодичных платонических отношений вылился наружу. И даже самой себе Аня не хотела сознаваться, насколько преувеличенными оказались её ожидания. С подросткового возраста, задолго до появления Ники, будущая принцесса Авелилона возвела для себя плотские утехи в некий культ, видела в них повышение статуса и оазис наслаждений. То, как долго Ника тянул, лишь разогрело чаянья. Но если с психологической составляющей всё воплотилось в точности – Аня ощутила себя полноценной, довольной и морально удовлетворённой, – то физическая часть хромала на все конечности. Преддверье близости и осознание её возможности приносили куда больше блаженства, чем сам процесс. Но принцесса Авелилона не желала принимать данный факт настолько, что регулярно искренне забывала о нём до каждого нового раза, которого ждала и жаждала. Из-за чего постоянно запоздало удивлялась. |