Книга Дополненная реальность. Продвинутый аккаунт, страница 86 – Алевтина Варава

На глазах выступили слёзы. Бочину молола в мясорубке боль, и в комнате темнело несмотря на горящий верхний свет.

Гулко и очень далеко заиграла приветственная мелодия загрузки.

На экране появились обои рабочего стола, сисястая анимешка с кошачьими ушками.

Слава богу…

Пробежала полоска пуш-уведомления с перевёрнутым «игреком».

Работает… всё…

Тачпад плохо реагировал на мокрые от крови пальцы. Разблокировать экран получилось не сразу. Пашка встал на карачки, подтянул под себя ноги, пытаясь прижать колени к хлещущему боку.

Сейчас… он это уберёт…

— Сын!

Чёртовы иконки: перевёрнутого «игрека», а ещё драконов и недоведённых «П», по три каждой, мешали войти в спасительный режим.

Скользя по экрану, Пашка залез в свой анатомический справочник. Всё плыло, и найти меню с этой раной, получалось с трудом. Батя попытался взять его за плечи, и Пашка дёрнулся, словно от какого-то ползучего гада. Чуть не потерял равновесие. Чуть не выронил скользкий телефон.

Вот, «проникающее ранение с повреждением стенки желудка».

Кнопки всплывающего меню нажимались плохо.

Но когда жгучая, разъедающая нутро боль вдруг прошла, оставив только дурманную, вяжущую слабость во всём теле от потери крови, к горлу вместо схлынувшей тошноты подступила волна ярости.

Промокшая одежда липла к животу и бёдрам, в нос проникла вонь, и что-то горячее размазывалось по заднице, кажется, Пашка обделался.

Мысль об этом залила шею и уши краской, подстёгивая бешенство.

Мать зашевелилась около стола.

В тюрягу! За такое! Этого урода… Пожизненно, мля!

Пашка шарахнулся от новой попытки отца его перевернуть. Прислонился спиной к тумбе. В штанах расплющивалось под весом тела мягкое зловонное дерьмо.

Вид у бати, хоть и с расквашенной закисающей мордой, был теперь какой-то бледный. Зрачки глаз бегали, метались от Пашки к упёршейся лбом в ковёр жене, а потом куда-то вбок и вправо.

На отвёртку в луже кровяки.

Дошло, кажется…

— Ты сам виноват, ты… – прошелестел он.

Пашка, захлёбываясь в ненависти, приподнял телефон.

— Мусорам скажем, что ты сам напоролся, понятно? – выплюнул с неуверенностью отец.

Грёбаный экран вообще не алё, когда мокрый.

Вместо «потребностей», нужных, чтобы свести в ноль энергию этого мудачины и позвонить ментам, сдать его тёпленьким со всеми потрохами (только, блядь, сначала штаны переодеть, сука-сука-сука!), открылась «отладка». Пашка теранул ладонь о спортивки, а по экрану провёл запястьем, оставляя красный развод из крошечных капелек.

Два дракона и недоведённая «П» мешали нажимать нужное.

«Вы достигли 81-го уровня!»

В жопу себе уровни затолкайте свои сраные!

— Лена! – затравленно как-то позвал отец и утёр кровищу с подбородка.

Под красным разводом на экране словно бы набухла загадочная функция «удалить». Всё ещё мутным взглядом Пашка вдруг случайно скользнул по откатившейся отвёртке снова. Вспомнил, как она торчала из его бока, вспомнил ярко, до тошноты, опять поднявшейся и подступившей к горлу, в угоду невыносимой, постыдной вонищи, уже заполняющей всё вокруг и перебивающей ржавый, как у воды после отключения, запах крови.

Он обделался, обделался от страха из-за этого припизденного алкаша… Он вообще бы умер, если бы не игра… Отец в натуре всадил ему грёбаную отвёртку под рёбра! Его, срань господня, родной батя!