Книга Город Госпожи Забвения, страница 80 – Алекс Феби

— Маларкои – он ничуть не похож на Мордью. Не знаю, что вам наговорили, могу только догадываться.

Гэм отошел от иллюминатора и сел рядом с девочками.

— Нам, Дашини, сказали, что Маларкои – вонючая дыра, а еще сказали, что твоя матушка, говоря не слишком красивым словом, ведьма. Но, к счастью для тебя, большей части того, что нам говорят, мы не верим, верно, Присси?

Присси покачала головой:

— Да, не верим. У каждого своя точка зрения, верно?

Для начала Дашини сказала, что Мордью был городом, принадлежащим одному человеку, Господину, и, хотя она не сказала детям ничего такого, чего бы они не знали, они внимательно слушали. Время от времени Гэм рассеянно поворачивал голову к иллюминатору, но всё время слушал. Мордью – грязный, безжалостный, темный, дождливый город, место улиц и работы, частных домов, место богатства и нищеты, насилия и пьянства, всё оно под контролем безразличного Господина, питающегося телом Бога. Маларкои в сравнении с Мордью – настоящий рай небесный. На самом деле Маларкои – множество ра́ев, настоящих ра́ев, и все они соединены Золотой Пирамидой и управляются ее матерью, Госпожой, богиней этих мест, специально сотворенных для ее многочисленного народа, все идеальны и вечны. Мать Дашини с помощью своего волшебства сотворила целые царства, идеальные во всех отношениях, и люди в них жили в вечном счастье. Ее город был раем, в котором одно царство покоится на другом, все получают всё, что хотят, вечно.

Дашини, рассказывая об этом, казалось, расцветает, перья ее волос распустились, как лепестки цветка, ее лицо в середине сияло, каждое слово несло убежденность ее радостных эмоций.

Она рассказала об огромных деревьях и драконьих стаях, об их боге Джапалуре, о древних лесах, охраняемых друидами, бесконечных эдемах, заколдованных дверях и частных раях. Она удивилась, когда, закончив рассказ, увидела, что ни на Гэма, ни на Присси ее описание Маларкои не произвело особого впечатления.

— Правда? – спросила Присси. – Слишком уж всё хорошо, чтобы быть правдой, вот что я сказала бы. А ты что думаешь, Гэм?

Гэм ковырял в зубах.

— Тебе нужно чуток приубавить, Дашини. Чтобы было достовернее, если хочешь подцепить кого-нибудь на этот крючок.

— Это всё правда! – Она переводила глаза с одного на другого, но они только сочувственно улыбались.

— Две детали, – сказал Гэм. – Во-первых: твоя мать мертва, верно? Ее убил Натан, так?

— Да, – сказала Присси. – И во-вторых: если там всё так дьявольски хорошо, то что ты здесь делаешь? Разве ты не должна быть в раю небесном вместе со всеми остальными?

— Как раз то, что я собиралась добавить, Присси. И в-третьих, это совершенно не звучит правдиво, так? Напротив, это звучит, как куча старого вздора, которую может плести человек, если хочет убедить двух других, что им следует пойти с ним, а не отправляться незнамо куда, чтобы стать пиратами или кем там еще.

Присси собиралась сказать, что «стать пиратами» тоже звучит как старый вздор, но откуда-то сзади на корабль обрушился удар грома. Гэм и Присси быстро и бесшумно вскочили на ноги и встали по две стороны двери. Увидев, что Дашини не торопится и двигается довольно шумно, Гэм притянул ее к себе, чтобы она встала рядом с ним, приложил указательный палец свободной руки к губам.