Книга По законам Нави, страница 30 – Вера Оттер

— Согласен, Карна, – усмехнулся Велеслав. – Чую, что к концу пути цена возрастет настолько, что придется на тебе жениться, чтобы утолить запросы.

— Больно ты мне нужен, – фыркнула Карна, но почему-то смутилась сильнее и отвела взгляд. На впалых щеках появился румянец. – Продолжаем искать кота?

— Да, – согласно кивнул Велеслав, подхватывая заплечный мешок. На его лице все еще играла озорная улыбка. – Но теперь я точно знаю, где мы его найдем.

Под чарующую песнь нечисти царевич и воровка отправились в путь. На другом берегу зеленоволосая мавка с грустью проводила взглядом спину Велеслава. Если бы нечисть смела взывать к богам, то сейчас обратилась бы к кому угодно, прося удачи для зеленоглазого царевича. Не хотелось терять в Нави такого любопытного мужа раньше времени.

Велеслава вело чутье. Пробираясь сквозь дремучий лес, царевич упрямо шел вперед. Под ногами грязь тянула остановиться, перевести дух. Камни, мешали, возникая на пути, будто преграда. В воздухе разлился удушающий запах гнили и сырости. Ветви деревьев цеплялись за одежду, норовили хлестнуть по лицу. Лес пытался остановить отчаянных путников, словно предупреждая, что дальше ждет смерть.

Велеслав неустанно рубил ветви клинком, направлял ветер вперед в качестве разведчика, чтобы не упустить возможную опасность. Стихия, ощущая враждебную атмосферу, сливалась с ноябрьским холодом и кружила остатки листьев, создавая вихри. Озноб пронизывал насквозь, захватывал внутренности в свои костлявые лапы. От дыхания со рта срывался пар, оповещая, что зима совсем близко.

Ночами стало так тревожно и мрачно, что Карна не возражала от сна в объятьях. Первые ночи были неловкими. Но на утро Велеслав и Карна стабильно просыпались, обнимая друг друга. Наверно, сильные руки царевича дарили некое успокоение воровке. Не было в ночном ритуале двусмысленности. Возможно, дни, проведенные рядом, тихие разговоры и цель, объединяющая таких разных людей, сделали их ближе. Тем более, царевич не позволял себе никаких вольностей. Поэтому спустя пару ночей Карна заметила, что его присутствие скорее расслабляет, нежели тревожит.

Когда в последний раз она позволяла хоть кому-то быть так близко? Со смерти бабки девушка отринула все возможные отношения или заигрывания с молодцами Града. И не то, чтобы Карну не тянуло к обычным мирским радостям. Просто все силы уходили на иное: добычу монет и пропитания.

И теперь Велеслав с удивительной легкостью проник под невидимые щиты Карны. Так непринужденно и просто, что оставалось только дивиться происходящему.

Уверяя себя, что это лишь во имя общей цели, Карна продолжала путь. Но ее взгляд то и дело цеплялся за мелкие детали, которые ранее не имели значения. То, как слаженно и плавно двигался царевич, пробиваясь вперед сквозь гремучий лес. То, как хмурились его брови, и появлялась морщинка между ними, когда он что-то обдумывал. И то, как все-таки завораживали его яркие зеленые глаза.

В последние дни Велеслав чаще молчал, раздумывая о своем. Воровка, принимая условия игры, не тревожила. Ей и самой было, о чем подумать. Понимание, что в этот раз она влезла в действительно опасное дело, страшило. Но не пересиливало мысли, что по возвращении тяжкие сердцу проблемы решатся. Иногда Карна позволяла себе помечтать. Представляла, как они с братом отремонтируют старенький дом, купят столько вкусностей, сколько захотят. В доме станет светло и уютно. Дров хватит, чтобы топить печь круглые сутки! Брат, как и мечтал, обучится ремеслу кузнеца, забыв про вступление в рать. А Карна, наконец-то, примется за женскую работу – научится вышивке, искусству вкусной выпечки… Может быть, они заведут домашнюю птицу или скот, дабы не знать нужды в самые холодные и темные дни. И больше не придется отчаянно искать работу, чтобы поддерживать существование. Не придется и нарушать законы Града, терзаясь муками совести. Воровство останется постыдной страницей прошлого Карны.