Книга По законам Нави, страница 97 – Вера Оттер

Говорить о Карне царевич ни с кем не собирался. Достаточно того, как отчаянно болело его сердце даже в медвежьем облике. Поэтому Велеслав не останавливался ни на секунду, продолжая бег к ратному полю, словно подгоняемый самим Велесом.

Когда же он в последний раз спал? Кажется, ему удалось отдохнуть в ту ночь на берегу реки с живой водой. Тогда он несколько часов рассказывал водяному истории. А вторую часть ночи обнимал хрупкое тело Карны во сне, набираясь сил. От нее всегда пахло омелой. Даже после сражения с Лихо Велеслав чувствовал тонкий еловый аромат, смешанный с оттенком пряной гвоздики. Что ж, символично. Омела олицетворяет плодородие, жизнь и бессмертие. Как и Карна теперь – связанная на всю оставшуюся жизнь с природным циклом увядания и возрождения.

Признать честно, провальная задумка Велеслава по краже силы Кощного могла закончиться намного, намного хуже. Карна, обладая острым умом и не лишенная хитрости, выторговала у богини смерти и зимы семь месяцев полноценной жизни в год. Нарушенные законы Нави отошли на задний план. Наверно, Морана действительно милостива, раз согласилась на подобное.

Очевидно, что Кощный больше не вырвется за Калинов мост. Пока не найдет способ вновь пленить Морану и завладеть ее силой. Но Велеслав беспокоился о Карне. Погруженная в сон, девушка не представляла интереса для Темного повелителя чертогов Чернобога и местной нечисти. Тем более в зале алконостов, подчиняющихся исключительно Моране. Но Карна была там совсем одна. И, к Велесу все отрицания, царевич признавал – как же он уже скучает по воровке!

Велеслав нашел относительно чистый клочок земли и сел, пытаясь выровнять рваное дыхание. Он смотрел на поле, щедро орошенное кровью, с телами – людскими и нечисти – лежащими то тут, то там.

Оставшееся в живых войско сгруппировалось по отрядам, выполняя указания командиров и Демьяна. До слуха Велеслава то и дело доносились обращения к брату, как к «правителю Града». И это было так необычно и больно, что царевич каждый раз внутренне вздрагивал. Не успел попрощаться с отцом, не сумел спасти Карну… Сколько еще этих «не»? Велеславу не хотелось об этом думать. Но хотя бы одно обещание он сдержал – вернулся к Демьяну, чтобы сражаться с ним плечом к плечу в ночь Карачуна.

Находясь посреди поля, наполненного смертью, размышлять о ней Велеслав не желал. Мысли путались из-за усталости. И через некоторое время царевич понял, что, не отрываясь, смотрит вдаль – на темную полосу леса. Там, словно не видимая для остальных, застыла фигура в черном строгом платье.

В бледной руке застыл знакомый серебряный серп. Темные волосы струились по плечам, шнуровка на груди золотилась в свете рассветных лучей. Ярило, торжествуя победу войска Яви над нечистью Нави, завладел небесами. Но яркий свет совершенно не смущал Морану, медленно ступающую (почти плывущую) среди тел павших.

Казалось, что никто вокруг не видит богиню. И Велеслав затаил дыхание, не отрывая взгляда. Морана, будто почувствовав, посмотрела прямо на царевича. По телу Велеслава прошла волна дрожи, но он не отвел взгляд.

Очевидна причина, по которой Морана появилась на ратном поле. Столько смерти, столько энергии для богини Нави… Вьюга, кружась вокруг темной фигуры искрящимся снегом, окутывала ее незримой пеленой. Наверно, обладай кто из воинов даром ворожбы, им удалось бы увидеть явление богини. Но Велеслав оставался в одиночестве, наблюдая за знакомой фигурой.