Книга Танцор Ветра. Том 3, страница 104 – Константин Зайцев

Вдох-выдох, и теперь я смотрел прямо на Сун Хайцюаня. Я говорил вроде бы для всех, но старый выродок понял, что моё послание именно для него:

— Пусть настоящий враг не стоял сегодня на этой арене. Пусть он прячется в тени, манипулируя, отравляя, превращая благородных воинов в монстров. Но я — драконорожденный, и я выполню свой долг. Обещаю, как член Дома Огненного Тумана, как друг Дома Цуй, — этот враг будет найден. И когда он будет найден…

Я позволил тишине повиснуть в воздухе, а затем закончил с холодной улыбкой:

— … он пожалеет, что родился под этим небом.

Распорядитель кивнул с явным одобрением. Это был идеальный ответ — политически грамотный, не оскорбляющий Дом Цуй, но ясно указывающий на то, что я всё прекрасно понимаю и знаю, с кого спросить. Эти драконорожденные и их правила мало чем отличаются от подобных же правил на улицах Нижнего города.

— Ваши слова, господин Ли, будут записаны и переданы всем заинтересованным сторонам, — официально произнёс седой мужчина. — Арена свидетельствует: вы действовали с честью, защищая не только себя, но и священные традиции драконорожденных.

Он повернулся к толпе и поднял руку. Его голос усилился эссенцией, донося слова до каждого уголка арены:

— Поединок завершён! Ли Фэн Лао из Дома Огненного Тумана — победитель! Цуй Жанлинь из Дома Изумрудного Кедра пал с… — он запнулся, затем более честно закончил, — … пал, став жертвой предательства и Искажения. Пусть его душа найдёт покой, а его враги — справедливое возмездие!

Гонг ударил четыре раза, официально закрывая церемонию.

Фигура в сером одеянии стояла в тени верхнего яруса, вдали от любопытных глаз. Здесь, где камни трибуны встречались с массивной аркой, свет едва добирался, оставляя лишь клочки тусклого сияния. Идеальное место для того, кто не желал быть замеченным.

Он смотрел на арену.

Фэн Лао шагал прочь едва заметно хромая. Идущая рядом с ним девушка была из дома Изумрудного Кедра. Цуй Ксу. Наследница, которая оказалось слишком умной и слишком живучей, чтобы просто сдохнуть. Лао помог ей, а теперь она поможет ему. Плохая комбинация, господин будет недоволен. Пока эти мысли крутились в голове незаметного человека. Фигуры выжившего бойца и его союзницы постепенно растворялись в толпе, покидающей арену.

Неудача.

Мужчина вытащил из рукава серебряную монету. Тяжёлую, древнюю, отполированную тысячами касаний. На одной стороне — воин с изогнутым клинком, застывший в смертельном ударе. На другой — змей, пожирающий собственный хвост. Знак Матери Изменений. Знак бесконечного цикла трансформации.

Монета закрутилась между пальцев. Раз. Два. Три оборота. Металл звякал тихо, почти нежно, как колокольчик на ветру. Но в этом звуке чувствовалось что-то холодное. Смертельное.

Жанлинь был инструментом. Слабым, но удобным. Амбициозным дураком, готовым выпить всё, что ему предложат, лишь бы почувствовать себя сильнее. Снадобье сработало. Искажение расцвело в нём, как гниль в спелом плоде. Но Фэн Лао оказался крепче ожидаемого. А затем вмешался тот.

Губы мужчины сжались в тонкую линию.

Ещё один драконорожденный. Мастер земли. Третий ранг, может быть, выше. Он разрушил всё одним ударом. Не дал Жанлиню окончательно трансформироваться, не позволил Искажению проявиться в полной мере. Неучтенный фактор, о котором стоит доложить господину.