Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 77 – Константин Зайцев

Они бы не успели собрать отряд и оказаться здесь так быстро, если бы услышали сигнал из здания, а значит, где-то в нашей цепочке сидел вражеский крот. И он работал быстро. Очень быстро.

Бойцы Канцелярии на периметре встретили их первыми. Через окно я видел, как чёрные силуэты столкнулись с островитянами в узком проулке у причалов. Лязг металла, крики, вспышки стали в свете редких фонарей. Люди Мэй Лин дрались отчаянно, сдержали первый натиск, убили троих, но островитян было слишком много, и они начали отступать. Кто-то должен будет заплатить за это предательство.

А потом воздух загудел от плотного, давящего и такого знакомого ощущения. Я ощущал чужую эссенцию воды. Среди островитян был драконорождённый.

Он вышел из-за спин своих бойцов, невысокий, жилистый, с обнажённым торсом, покрытым татуировками морских змеев. Они светились в темноте слабым голубым светом, словно в них копилась сила, которая только ждала выхода по приказу. Влага в воздухе подчинилась ему мгновенно, и ночной туман сгустился в десятки ледяных игл, ударивших в бойцов Канцелярии.

Двое упали сразу, пробитые насквозь холодными лезвиями. Остальные отступили, прячась за угол складского здания. Островитяне с криками рванули вперёд.

Дерьмо! Сейчас важнее всего документы. Мне нужно было спасти документы.

Я сгрёб бумаги в охапку, сунул бессознательного начальника одному из подоспевших бойцов тонги — тот возник в дверях, запыхавшийся, с окровавленным мечом. Папки с реестрами я отдал другому.

— К Мэй Лин, — приказал я, глядя ему в глаза. — Любой ценой. Умрите, но доставьте.

Старший из бойцов посмотрел на меня. Кивнул. Без вопросов и без колебаний. Всё-таки иногда есть польза работать с фанатиками. Они исчезли в ночи, растворились в переулках, унося с собой то, ради чего мы пришли. Ради чего уже умерли люди. А я выскочил на крышу через чердачный люк.

Ветер тут же ударил мне в лицо. Он был мокрый, пропахший солью и очень злой. Мой брат заговорил во мне. Он показал мне карту боя, развернул её перед внутренним взором. Внизу, в проулке, островитяне теснили бойцов Канцелярии. Ещё немного — и они прорвутся, ворвутся в таможню, перережут всех, кто остался.

Драконорождённый воды стоял в центре, прикрытый своими людьми. Он не лез вперёд, а работал как осадное орудие — бил эссенцией по скоплениям врагов, заставлял отступать, ломал строй.

И тогда я призвал ветер.

Не так, как делал это раньше — инстинктивно, на голой ярости. Сейчас, благодаря наличию татуировки, которая направляла его потоки и усиливала контроль, я мог намного больше. И воздух подчинился мне с готовностью голодного пса, ждавшего команды. Потоки закружились вокруг моих рук, уплотняясь, превращаясь в лезвия. Брат подсказывал — бей сюда, сейчас, он открыт.

Первый удар — сверху вниз. Воздушный серп рассёк ночь, взвыл и врезался в толпу островитян. С такого расстояния убить сложно, но сбить с ног — легко. Пятеро покатились по мостовой, за ними ещё несколько. Секунда замешательства, удивлённые крики и время на попытку перестроиться. Бойцы Мэй Лин мгновенно использовали свой шанс и тут же ударили с фланга, оттеснив островитян назад, к причалам.

Драконорождённый поднял голову. Наши взгляды встретились через тридцать шагов и пелену ночного тумана. В его глазах горела ярость моря. Такая же холодная, древняя и абсолютно безжалостная. Он был силён. Сильнее меня. Я чувствовал это каждой клеткой тела, каждым нервом. Его ранг выше, эссенция плотнее, а боевой опыт драконорождённого куда больше. Я словно читал его мысли. Островной выродок думал, что уже убивал таких молокососов, как я, десятками. Но этой ночью он столкнулся не с молокососом, а с Крылатым Призраком, что пришёл вершить правосудие во имя своего мёртвого отца.