Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 81 – Константин Зайцев

Пока счёт между мной и водником был формально один — один. Да, я нанёс ему более сильный удар, но именно он заставил меня убегать. Проблема в том, что у меня нет нужного запаса эссенции Изнанки, чтобы активно использовать паньгуаньби. К тому же впереди ещё куча нерешённых проблем, где мне понадобится каждая капля эссенции. Тратить же весь арсенал на одного водяного — это не храбрость, а полнейшая глупость. А глупые на улицах долго не живут и это непреложный закон.

Раз этот ублюдок настолько живучий и опасный, значит, надо заставить его отступить. И новый глиф полетел не в него, хотя он, увидев вспышку энергии, тут же сформировал защиту. Правильно, трать свою эссенцию выродок. Бронзовый глиф разнёс стену склада над его головой. Кисть вошла в кладку и взорвалась внутри, разнеся кусок стены в щебень. Камни, обломки, пыль — всё это обрушилось между водяным и его людьми. И самое главное — новая порция страха. Волна иррационального ужаса накрыла островитян, стоявших ближе всего. Трое упали, двое побежали, ещё один замер с открытым ртом. Строй, и без того потрёпанный, развалился окончательно.

Эффект страха длился недолго — пять, может, семь ударов сердца. Но в ночном бою этого хватило, чтобы полностью изменить ситуацию.

Бойцы тонг, блокировавшие улицы, знали, когда атаковать. Пусть они не умеют драться в строю, но уличные драки, где не знаешь, кто сражается рядом с тобой, были для них родной стихией. Они ударили в идеальный момент. Люди Чу появились из переулков. Они двигались синхронно, словно марионетки, и, что ещё более жутко, они атаковали молча, держа в руках свои кривые клинки. Шесть бойцов с одной стороны, четыре с другой.

Никаких глупых кличей и прочей ерунды, что так любят уличные бойцы. Они просто с разбегу врезались в тыл деморализованных островитян и начали резать. Точно и методично. Каждый удар забирал одну жизнь. Они были словно десять рук одного злого божества, что решило собрать свою жатву. Госпожа Линь послала не лучших бойцов — она дала мне лучших убийц. Разница очень тонкая, но в хаосе ночного боя именно она переломила исход.

Наша ловушка окончательно захлопнулась. Канцелярия спереди, тонги сзади. И островитяне в клещах, зажатые в узком проулке. Они толкались, мешали друг другу. Паника от паньгуаньби ещё не отпустила, а тут уже в спину летят вражеские клинки.

Но их лидер понял всё мгновенно и тут же отбросил волной ближайших людей, не разбирая, где свой, а где чужой. Шаг — и новый глиф пробил стену склада водяным тараном. Кладка лопнула, как яичная скорлупа. А он, используя усиление эссенцией, отступал, а с ним бежали его люди. Из тех, кто мог бежать. Выродок ушёл к причалам, даже не думая спасать своих людей. Древние стратеги называют такой приём «тактическое отступление». На улице он зовётся проще — «крысиный ход» и лишает тебя репутации, делая законной добычей для тех, у кого эта репутация есть. Кровь, монеты и репутация. Три кита, на которых стоит Облачный город. И сегодня драконорожденный с островов лишился своей репутации.

Пусть ублюдок бежит. Уверен, мы ещё встретимся. Я запомнил его лицо и то, как он формирует щит — чуть правее центра, с задержкой в полсекунды. И в следующий раз я возьму его жизнь…

Оставшихся островитян тонги взяли живыми. Бойцы Канцелярии перевязывали своих раненых, а издалека выли рожки стражи, которая решила прибыть только сейчас. Интересно сколько им заплатили за такую своевременность? Ладно, пора уходить.