Книга Беспощадный целитель. Том 5, страница 28 – Константин Зайцев

Слишком идеальная. Потому что ядро за этой стеной не спало. Подавляющие символы в стенах давили на него, сжимали, срезая мощность, но оно всё равно работало. Бодрствующее ядро в спящем теле — это словно работающий двигатель в машине с выключенными фарами.

Вывод был прост: Ингрид находилась в боевом трансе и в любой момент ждала, что за ней придут. Слишком умная? Или слишком подозрительная? Плевать, скоро она станет слишком неодарённой. Я усмехнулся кривому каламбуру и вытащил пучок игл, готовясь атаковать, как только откроется дверь.

Эта сука ждала, что за ней придут. Она не знала, кто придёт, но была уверена, что за ней придут. Кто я такой, чтобы заставлять женщину ждать? Защёлка отодвинулась, я повернул ручку, открыл дверь и, заходя внутрь, тихонько прошептал:

— Ну здравствуй, Ингрид Вольф…

Друзья, я написал эту главу и откровенно рекомендую ее пропустить тем людям, у кого чувствительная психика. Здесь гораздо жестче, чем в сцене с Давидом, показано насколько Линь Ша отличается от привычных нам людей и людей мира в который он попал. Если все-же решили читать, то это ваша ответственность.

Я скользнул внутрь и тут же потянул за собой дверь, которая закрылась за моей спиной с тяжёлым глухим звуком, и вместе с ней замолчал коридор. Звукоизоляция. В психиатрических палатах для буйных всегда звукоизоляция, чтобы крики одного пациента не будили остальных. Здесь это работало в обе стороны — ни один звук из этой комнаты не выйдет наружу.

Спасибо архитекторам. Вы даже не представляете, как облегчили мне работу.

Стоило мне сделать второй шаг, как мир взорвался. Мне в лицо летело одеяло, раскрытое словно нападающий скат. Тяжёлое, пропитанное энергией, которая должна была меня сбить с ног. Притворяющаяся сука вложила в этот бросок всё, что могла, несмотря на подавляющие символы в стенах лечебницы, и этого хватило, чтобы ткань летела как сеть рыбака.

Люди склонны переоценивать разум в бою. Бой — это место для инстинктов. Скользнуть вперёд и вбок, а моя левая рука перехватывает летящего монстра. Одеяло обвилось вокруг предплечья, а за ним уже летела его хозяйка.

Ингрид Вольф ударила из темноты как кобра. Быстрая, неожиданно быстрая для женщины, прикованной к больничной койке и обдолбанной седативами. Её тело было усилено под завязку, мышцы напряжены и пропитаны энергией, каждое движение экономное, точное, без лишнего замаха. Хорошая боевая школа. Рядом с ней Давид смотрелся как ученик первого года против мастера. В прямом бою она меня просто размажет, но раз она хочет потанцевать, то почему бы и нет.

Пальцы, собранные в копье, летели прямо в моё горло. Она не думала оставлять меня в живых, ей было плевать на то, кто за ней пришёл, эта сука хотела убивать. И она собиралась убить меня в первую секунду, но просчиталась, привыкшая, что она лучшая.

Сместиться и одновременно повернуть шею. Её пальцы прошли в сантиметре от кадыка, а я хлестнул одеялом, обвитым вокруг руки, как плетью, снизу вверх. Тяжёлая ткань с энергетической пропиткой щёлкнула ей по лицу. Не больно, но ослепляюще. Ткань закрыла обзор на долю секунды. Мне хватит.

Три отравленные иглы летели одна за одной, следуя базовой траектории. Бедро, плечо и шея. Стандартный расклад — треугольник, который даёт максимальное покрытие кровотока и одновременно достаточно прост для попадания.