Книга За час до взрыва, страница 23 – Александр Тамоников

В 16:28 в рации хрипло прозвучал голос Громова:

— Гроза, я… Кажется, нашел. Южнее, метров девятьсот. За холмом, у разрушенной мельницы. Пост. Наши моряки. Часовые. И оттуда тянется кабель, толстый, в резиновой оплетке. Уходит в воду.

— Численность? – немедленно спросил Уваров.

— Вижу двоих снаружи. У входа в подвальное помещение мельницы. Есть полевая антенна. Похоже на командный пункт.

— Не вступать в контакт. Отойти для наблюдения. Жди меня и Тритона.

— Понял.

Уваров вызвал Акулова, приказал возвращаться. Пока тот шел, он подошел к Смирновой.

— Прекращай. Сворачивайся. Мы едем к источнику помех.

Она начала быстро отключать приборы, ее движения были резкими, когда она убирала с табурета блокнот и карандаш. Когда она подняла голову, чтобы что-то сказать, Уваров увидел в ее глазах не просто усталость, а нечто более острое – она понимала, что они оказались в тупике, который создали не враги, а свои.

— Товарищ майор, – сказала она, и ее голос, всегда ровный, дал трещину. – Если это наш пост… они вряд ли просто так отключат станцию. У них свои инструкции, свой командир…

— У меня, – перебил ее Уваров, и его тихий голос прозвучал, как удар стального лома по льду, – есть свои инструкции. И мой командир – товарищ Сталин.

В этот момент вернулся Акулов, запыхавшийся от быстрого перехода. Его доклад был краток: на севере чисто, лишь имеются старые рыболовные снасти.

Через семь минут оборудование было погружено в БА‐64. Уваров сел рядом с Егоровым, последний раз взглянув на экран осциллографа, где по-прежнему пульсировал ненавистный, чуждый ритм, заглушавший все вокруг.

— К разрушенной мельнице, что южнее. Тихий ход. Не подъезжать ближе трехсот метров, – приказал он.

Бронеавтомобиль тронулся с места и поехал, прячась в складках местности. Грузовик остался ждать. Ветер теперь дул им в спину, неся мелкую колючую снежную крупу. Уваров сидел неподвижно, глядя вперед сквозь запотевшее стекло. В его голове уже строился план разговора с командиром поста. Вежливый запрос по форме. Требование по сути. И если отказ… то применение Директивы. Жестко. Без колебаний. Но это была уже задача следующего шага. Безвозвратно потерянный час у шлюза № 1 – это не просто задержка. Это вычеркнутый из критического окна отрезок времени, который мог отделять успех от катастрофы.

Глядя на бегущую под колеса разбитую дорогу, он окончательно пришел к выводу, который зрел все последние часы.

— Это не немцы, – глухо произнес Уваров, и в его голосе впервые зазвучало не холодное раздражение, а почти физическая горечь. – Это наша же береговая оборона. Настоящий враг – не там, под водой. Он здесь, на берегу. И его оружие – не мины, а приказы.

Бронеавтомобиль остановился в глубокой промоине, метрах в трехстах от темного силуэта ветряной мельницы. Ее лопасти, давно лишившиеся полотна, торчали, уставившись в серое небо, словно костяные ребра гигантского скелета. У подножия каменного основания виднелось низкое бетонное сооружение – довоенный капонир или склад, теперь явно приспособленный под командный пункт. От него к воде вела свежая протоптанная тропа, а вдоль нее, едва заметная в пожухлой траве, лежала толстая резиновая труба кабеля. Громов не ошибся.

— Вижу часовых. Двое, у входа. С карабинами СКС, – тихо доложил Уваров, опуская бинокль. – Антенна «Рейд» на крыше. Окна забиты фанерой, одно с подсветкой. Внутри кто-то есть.